Мрамор был холодным, и она вскрикнула, но он уже укладывал её на спину. Вдоль. Весь остров – широкий, длинный, светлый, с серыми прожилками – стал под ней, как кровать. Холодный камень под лопатками, под попой, под икрами. Футболка задрана до шеи. Ноги свешены с торца.
Егор стоял у торца, прямо между её ног.
Он смотрел на неё сверху. Она лежала перед ним на мраморе, раскрытая, мокрая, и под его взглядом у неё сжималось внутри.
– Иди сюда, – сказала она.
Он стянул треники. Член выпрыгнул наружу, длинный, светлый, крепкий. Он взял её под колени, подтянул к самому краю – и вошёл.
Сразу до конца. Одним длинным движением.
Алина выгнулась на мраморе. После вчерашнего всё внутри было чувствительным, чуть распухшим, и он заполнил её так, что перехватило дыхание. Она закинула ноги ему за спину и сцепила щиколотки.
– Блять, Алина, – выдохнул Егор.
И начал её трахать. Стоя, держа её за бёдра, глядя на неё сверху. Длинно, глубоко. Каждый толчок двигал её по гладкому мрамору на сантиметр выше, и он тянул её обратно, к краю, на себя.
Денис запрыгнул на остров.
Одним сильным движением, как на брусья. Встал на колени у её головы, на мрамор, рядом с её лицом. Она повернула голову – и увидела его бёдра совсем близко. Мощные, рельефные, с проступившими мышцами. Треники, стянутые до колен. И его член, толстый, ровный, стоящий прямо у её губ.
Он взял её за подбородок. Мягко повернул к себе.
– Открой.
Она открыла рот, и он вошёл. Медленно, на всю длину, которую она могла взять лёжа. Солоноватый, горячий, гладкий. Она обхватила его губами и застонала вокруг него, потому что Егор внизу вошел особенно глубоко.
Это было как в душевой вчера. И совсем не так. Кухня. Утро. Свет из окна. Мама с папой обычно завтракают за этим островом. А она лежит на нём голая, и один парень трахает её между ног, а второй стоит над ней на коленях и трахает её в рот. И её брат наверху, в душе.
От этой мысли её прошило так, что она сжалась вокруг Егора, и он застонал.
– Она тебя сжимает? – хрипло спросил Денис сверху.
– Пиздец, – выдохнул Егор.
– Привыкай.
Шаги в коридоре.
Алина распахнула глаза. Егор застыл. Денис не застыл – только повернул голову.
В дверях стоял Марат. Сонный, в одних шортах, рука застыла на животе, где он чесался. Он посмотрел на остров. На Алину на мраморе, с задранной футболкой. На Егора между её ног. На Дениса на коленях у её лица со стоящим членом.
Моргнул.
– Опять без меня? – сказал он.
– Ты спал, – сказал Денис.
Марат хмыкнул. И, будто ничего не происходило, прошёл мимо них к холодильнику. Открыл.
Присел на корточки – как вчера, как тогда, – и шорты сползли ровно настолько, что Алина снова увидела верх его смуглых ягодиц и самое начало ложбинки между ними.
Он порылся на нижней полке. Достал пачку протеиновых чипсов. Поднялся, сел на табурет напротив, разорвал пачку и сунул в рот.
– Двадцать один грамм белка, – сказал он. – Продолжайте.
И смотрел. Спокойно, не отводя глаз, жуя. От этого взгляда у Алины внутри всё снова сжалось, вокруг Егора, и она застонала, не выпуская Дениса изо рта. Денис зашипел сквозь зубы.
И в этот момент наверху замолчала вода.
Все четверо подняли глаза к потолку.
– Минута, – сказал Денис. – Может, две.
Егора не нужно было торопить.
Он взял её за бёдра и начал вбиваться быстро, жёстко, до упора, и мрамор под её спиной стал мокрым от пота. Денис держал её за подбородок и двигался в её рту, глубже,
История 9. Эксби девочка Алиса. Настоящая эксби. Часть 2