«Ну что же, можно и в такой позе сбросить напряжение, – подумал Максим, тут же забыв про листок в руках Анны, – отсосать она всегда успеет».
Максим обнял Анну за бёдра и потянул футболку вверх – тут же получив по рукам. Он обиженно воззрился на мать.
— Чо не так-то?
— Ни «Чо», – передразнила его Анна и уселась поудобнее, отчего член Максима шевельнулся и стал быстро набирать обороты, – послушай внимательно, что я зачитаю: это важно.
— А... Так это результаты теста? – наконец догадался Максим и испуганно посмотрел на мать.
— Да, – Анна со значением посмотрела на сына, – ты слушаешь?
—FISH-тест проводился клиникой... так... это не важно... вот! Тест призван определить наличие врождённых хромосомных патологий или микроделеционных синдромов.
— Микро... чего?
— Заткнись и слушай...так. ..Увеличение числа хромосом – трисомия, обнаружение лишней хромосомы... Трисомия по 21-й хромосоме – синдром Дауна, по 18-й хромосоме – синдром Эдвардса или 13-й хромосомы – синдром Патау...
— Мам, это уже пиздец? Или есть какой-то шанс...
Получив подзатыльник, Максим заткнулся и хмуро уставился в окно. Ему вспомнились первые строки бессмертного романа: «Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город. Исчезли висячие мосты, соединяющие храм со страшной Антониевой башней, опустилась с неба бездна и залила...»
— Боже ты мой! Можешь меня избавить от всей этой галиматьи? – Максим с отчаянием посмотрел на Анну: – Просто скажи мне, своими словами: семиногий восьмихуй – это самое лучшее, на что мы можем рассчитывать?
— Хорошо, – кротко сказала Анна и посмотрела на нижние строчки документа: – Резюме... цитогенетическую формулу пропускаем: эту запись из цифр и букв может понять только врач... а, вот! Тест на вышеперечисленные мутации или аномалии – отрицательный!
— Отрицательный, – эхом повторил Максим и покачал головой с отчаянием обречённого, – а нельзя как-то сделать его чуточку положительным? Таблетки какие-нибудь? Свечи в задницу, например...
Анна расхохоталась. Максим давно не помнил, чтобы мама так веселилась. Он удивлённо уставился на неё.
— Дурень ты! – всё ещё смеясь, ответила Анна, – Отрицательный, это значит, что всех перечисленных мутаций и аномалий не обнаружено! Ты здоров, как конь! Я имею в виду, в генетическом смысле, конечно.
Максим какое-то время переваривал услышанное, потом посмотрел маме в глаза, которые лучились от счастья.
— Это значит...
— Что шансы родить здорового ребёнка высоки!
— Это значит...
— Что ты можешь выебать меня прям щас – не вставая со стула! В честь, так сказать, успешного завершения твоего, прямо скажем, неблаговидного поступка, когда ты накачивал меня спермой в тот самый момент, когда...
Анна не смогла закончить мысль: Максим впился губами в её рот. Анна жадно ответила на поцелуй, обхватив голову сына руками и елозя промежностью по его бёдрам. Максим приподнялся, стащил с себя штаны вместе с трусами и тут же почувствовал ласковые мамины руки на члене, который, пульсирующими толчками наливался желанием и страстью.
— Ты себе не представляешь, как я рада! – Анна покрывала лицо сына поцелуями, не забывая ласкать любимый член, – мы теперь можем не просто наслаждаться сексом: в конце этого невероятного приключения нас будет ждать самый главный приз!
— А ты всё не хотела беременеть от меня, – с наигранной обидой говорил Максим, норовя поскорее присунуть матери горячего, но у него никак не получалось.
— Теперь ты имеешь право на всё, – сказала Анна и привстала, помогая сыну, – куда захочешь и
Письмо милому мальчику