Она схватила меня за подбородок и посмотрела мне прямо в глаза:
— Не смей кончать, Адам! Мне уже пришлось иметь дело с одним слабаком, быстро кончившим, так что даже не думай об этом!
Я не мог перестать думать об этом. Я знал, что если я ещё пару раз прижму свой член к её влажной сочной плоти, то смогу кончить. Я так сильно этого хотел! Но вместо этого я, стараясь не шевелиться, сидел и в уме решал самые разные уравнения, и это сработало.
— Адам, ты бы видел, как он испугался, несмотря на все, что пытался сказать тебе и своей жене. Он одной рукой сжимал свой член, а другой – приборную панель, он вцепился в ее так, что все костяшки его пальцев побелели!
Она снова рассмеялась. Я и не знал, что у нее есть такая злобная черта характера, но это было вправду смешно. Я ездил с ней достаточно часто, чтобы доверять ей, и знал, что она любит ездить чертовски быстро, пугающе быстро по такой дороге.
— Он то умолял меня притормозить, то просил ехать с ним в отель, я думаю, что его большая и маленькая головы боролись. Я разогналась и пустила машину в длинный дрифт, заходя в занос ближе к обочинам и заставляя шины визжать, и все в таком духе.
У меня вспотели ладони, как только я это представил.
— Потом я рванула к той усыпанной гравием площадке, помнишь, к той, что с кустами, с видом на каньон? Где на земле всегда валяются использованные презервативы? В общем, я остановилась, выключила свет и двигатель и посмотрела на него.
Она снова засмеялась, и я почувствовал это всем телом. Я никогда не догадывался, как сильно ты чувствуешь смех женщины, когда ее вагина прижимается к тебе. Это действительно так. Мне кажется, лучше всего получается, когда она смеется не над тобой.
— Он сидел там с выпученными глазами, всё ещё сжимая свой огромный, твёрдый и красный член – мне казалось, он вот-вот должен был его оторвать. Если ему суждено было умереть, он планировал забрать свой член с собой.
Я не мог не рассмеяться, это был отличный образ.
— Он спросил: «И что теперь?», и я ответила: «Сейчас мы немного посидим здесь, пока ты расслабишься, потом я выйду, подойду к тебе и несколько минут буду сосать твой член, потом ты сможешь полизать мою пизду, а потом я наклонюсь над раскаленным капотом, и ты сможешь трахать меня сзади столько, сколько захочешь».
Она наклонилась и поцеловала меня, не говоря ни слова, лишь слегка коснувшись меня своими губами, а затем поцеловала меня сильнее и страстнее, проникая языком мне в рот. Она продолжала целовать меня и облизывать мои губы, посасывая мой язык, прижимаясь ко мне, покачивая бедрами и мастурбируя себя моим твердым стволом.
Я знал, что она снова собирается кончить, я слышал и чувствовал приближение оргазма, и я сильно прижался к ней, прижимая ее клитор к своему члену. Когда оргазм накрыл ее, я прижался губами к ее губам и стал трахать ее рот языком в такт движению ее бедер. Она вскрикнула и обмякла, прижавшись ко мне и хватая ртом воздух.
Я дал ей минуту, чтобы перевести дыхание, и за это время она продолжала ритмично скользить своей набухшей вагиной по моему члену, не осознавая этого, но нуждаясь в прикосновениях и в том, чтобы к ней прикасались. В конце концов я спросил, я должен был спросить:
Курьерша и лифт