это качество измеряется любовью, состраданием, уверенностью, пониманием и абсолютной, неизменной преданностью своей семье. Если когда-нибудь настанет день, когда я стану настоящим отцом, у меня будут свои дети, я надеюсь, что смогу быть хотя бы наполовину таким же отцом, как Пол.
Они с Иззи всегда мечтали о большой семье и сами происходили из таких семей. Пол Ларсон происходил из большой семьи светловолосых шведов, а Иззи, Изабель, очевидно, итальянка по фамилии Эспозито, происходила из большой традиционной итальянской семьи с двумя старшими братьями, старшей сестрой и младшим братом, которого, по совпадению, тоже звали Пол. За исключением того, что, поскольку он итальянец, для него это всегда был Поли.
В общем, примерно через год после рождения их второго сына, Райана (первым был Пол младший), муж Иззи, Пол старший, сильно заболел, у него несколько дней держалась высокая температура, и он чуть не умер от тяжелой инфекции. Он выздоровел, но, к их ужасу, из-за лихорадки стал бесплодным.
Оправившись от разочарования они обсудили несколько вариантов, включая усыновление и искусственное оплодотворение, по-прежнему полные решимости иметь много детей. Именно Пол предложил Иззи попросить меня стать отцом их ребенка.
Конечно, к тому времени он уже знал о нас, и знал несколько лет, каким-то образом Иззи дала ему понять, что её отношения со мной, хотя и носили сугубо сексуальный характер, были чем-то другим и не представляли угрозы для их семьи, и от чего ни она, ни я не могли отказаться. Мы знали, мы много раз пытались, но об этом позже.
Он смирился с тем, что два выходных в году, иногда три, его жена будет проводить со мной, и мы продолжим невероятную дружбу (с привилегиями), которая началась с моего рождения и с четырехдневного возраста Иззи, потому что она родилась на четыре дня раньше меня в соседнем доме.
Но когда они решили попросить меня стать отцом их ребенка, я был совершенно поражен. Тогда они были в Денвере, навещали родственников, когда Иззи позвонила мне:
— Привет, Адам, это я.
— О, привет, Изз, чем ты занимаешься?
— Ну, мы с Полом подумали, почему бы нам не угостить тебя ужином сегодня вечером.
Я знал, что они в городе, но, учитывая присутствие Пола и двух мальчиков, я никак не ожидала её увидеть. Ужинать с ней и Полом, это было крайне странное предложение.
— Э-э, о, я не знаю, Изз, это было бы в лучшем случае неловко, не так ли?
— Нет, Адам, это важно. Пожалуйста, встреться с нами.
По ее голосу я понял, что это важно для нее. Помня, что я знаю ее с рождения, мы умеем читать самые тонкие нюансы в голосе друг друга. Я согласился встретиться с ними, ужин был приятным, но тихим. Позже, когда мы уединились в тихом уголке бара, они рассказали мне о своих намерений.
Для меня было большой честью получить это предложение, но я был шокирован и очень колебался:
— О, не знаю, ребята. Мне кажется, это слишком личное для меня. Вы не боитесь, что это может быть очень неловко?
И тут Пол взял дело в свои руки:
— Нет, Адам, ты идеально подходишь для этого. Ты высокий, умный и здоровый, мы даже немного похожи. (Я никогда об этом не думал, но это правда. Интересно, что это говорит о выборе мужа Иззи?) Мы не будем действовать вслепую с анонимным донором, полагаясь на случай. И у тебя не будет никаких обязательств, Адам, я стану отцом, если все получится.
Иззи взяла меня за руку и посмотрела мне в глаза:
— Пожалуйста, Адам? Это правильно во многих отношениях.
Ответ гомофобу Славе на его поэму ? СЛОВО О ПИДОРЕ ?