кол. Я видел, как её анус растягивается, принимая этот толстый агрегат. Она закусила губу и, постанывая, опустилась до конца.
— Вот так, хорошая девочка, — процедил бородатый, сжимая её бёдра.
Тут подошёл лысый и, без лишних слов, засунул ей в рот обратно. Получилось, что её нанизали с двух сторон. Они начали долбить её вдвоём — один снизу в задницу, второй сверху в рот, периодически меняя темп. Катя мычала, пускала слюни, её скромная причёска давно растрепалась, лицо раскраснелось. Она явно кайфовала от того, что её, такую тихую снаружи, сейчас имеют как последнюю дырку.
Потом лысый вынул изо рта и зашёл спереди. Приподнял её ноги и засадил в мокрую, истекающую соками щель. Теперь оба были в ней — один в пизде, другой в жопе. Катя вскрикнула, вцепилась ногтями в плечи лысого. Они трахали её слаженно, то замирая, то набирая бешеный темп. Я дрочил всё быстрее, предварительная смазка уже капала на траву внизу.
— Кончаем на лицо? — прорычал лысый.
— Да, пусть умоется, — поддержал бородатый.
Они вытащили из неё свои мокрые дубины, поставили Катю на колени. Она покорно открыла рот и высунула язык. Мужики встали перед ней и стали яростно дрочить. Я смотрел, как их огромные красные головки пульсируют прямо у её лица.
Первым кончил бородатый — густо, белыми жгутами, прямо на щёки и подбородок. Катя зажмурилась, но рот не закрывала. Лысый направил струю ей в открытый рот и на губы, заливая спермой язык. Последние капли они оба вытерли о её лицо. Катя, всё ещё на коленях, блаженно улыбалась, облизывая губы.
— В следующий раз позовём Серёгу, он тоже хочет такую тихушницу попробовать, — сказал лысый, натягивая штаны.
— Только пусть муж опять на рыбалку уйдёт, — хмыкнула Катя, стирая сперму с лица какой-то тряпкой. Голос её снова стал обычным, тихим.
Я понял, что сейчас они начнут выходить, и осторожно слез со шлакоблоков. Мой член был мокрый от смазки, яйца гудели. Я отошёл за свой сарай и там, всё ещё прокручивая в голове эту картину — как Катю насаживали на два елдака, — начал дрочить с утроенной силой. Кончил быстро, выстрелив густой струёй прямо в заросли крапивы. Отдышался, застегнулся и пошёл к машине, будто ничего не было. Катя вышла проводить гостей через десять минут — уже в сарафане, с мокрыми после душа волосами, тихая и скромная. Поздоровалась со мной через забор, улыбнулась, как ни в чём не бывало. Я в ахуе.