уткунули в матку. Заставили ее обнять руками и ногами соседа и сильно прижали к друг другу. Урук пробовал отстраниться, но чужой с силой соединил их в поцелуе и приоткрыл рты. Азза тотчас почувствовала во рту общий для обоих жгут, тот шел из Урука в нее и похоже, раздваиваясь, где-то у нее внутри, выходил сразу из ее попки и киски. Она хотела сжать зубы, но захватчик не дал, положительно отреагировав, на посасывания. Жгут впрыснул прямо им обоим в рот порцию сладковатой жидкости. Глотая, Азза получили в зад член мужа, его заправили на всю длину до неприятных ощущений, но те сразу прошли. Всех троих обездвижили и заставили испытать общий оргазм. Азза опять уплыла в океан сладострастия, наполненная не только в киске и попке, но и везде внутри себя, отростки жгута, снова проникли во все органы, как кровеносная система и сливали.
Уруку оставили ограниченную возможность шевелить губами. Он, как ему казалось ободряюще, пожамкал рот Аззы, но та похоже не заметила, поглощенная своими мыслями и чувствами. Член Урука прочно сидел во влагалище жены Ургоша и уже пару раз кончил в нее, как до этого бесчисленное количество раз кончил ей в зад. Поначалу Урук хотел объясниться и с Аззой и с Ургошем, не он хотел этого, висеть вместе с ними и совокупляться, он такая же жертва обстоятельств как и они, но говорить ему не дали, а Ургош не проявлял каких либо признаков агрессии и все понимал и так, Аззе, такое впечатление, вообще все нравилось. Не то чтобы ему не нравилась Азза, он не стремился влезать в их семью, но похоже теперь влез основательно и Азза стала и его женщиной и он постепенно менял свое отношение к ней. За него подвигали его член и член Ургоша, они оба излились в женщину и встретились взглядами. Оба постарались скрыть эмоции, типа так и надо. Урука не покидала мысль о будущем, сколько им еще суждено так висеть и что с ними будет дальше?
Прошло еще неизвестное время. Все трое будто бы срослись. Они начинали ждать оргазмов и те участились или люди так предположили. Ургош чувствовал органы жены, Урук тоже чувствовал всю Аззу, а Азза как будто растворялась в обоих мужчинах. Как и прежде, все трое не владели собственными телами и потеряли возможность говорить. Впрочем они почему-то понимали, что хозяин, во власти которого они всецело находятся, способен вернуть им и голос и контроль за телом. Как-то само собой случилось, что живот Аззы начал медленно надуваться. Внутри что-то бурлило и пульсировало. Иногда на животе образовывались кочки и впадины. Женщина не паниковала, откуда-то пришла убежденность, что с ней все хорошо и плохого не будет. А вскоре и Ургош с Уруком ощутили и наполненность Аззы и наполнение своих животов, те тоже медленно наливались и бурлили впадинами и кочками.
Время и пространство совокупились в нескончаемое блаженство. Урук давно перестал думать, что будет дальше и лишь лениво оглядывался по сторонам, когда хозяин менял их позы, впрочем не отличающиеся многообразием, то его член в киске Аззу, то в попке, а Ургош соответственно наоборот. Смена с каждым разом происходила все дольше из-за растущих у всех троих животов. Все увеличивающийся в размерах живот, хлопот Уруку не доставлял, но лицо Аззы отодвигалось все дальше от его лица. Все трое висели в желе под одинаковыми углами к друг другу. Животы всех троих соединили полые тентакли. Внутри их от одного живота к другому перемещались потоки жидкости и еще чего-то.
И вечная весна