Утром я проснулся от того, что кто-то тряс меня за плечо. Ощутив древесный аромат геля для душа, и открыв глаза, я увидел прямо перед собой плавно покачивающиеся женские груди. Они были ослепительно белые со сморщенными ареолами и торчащими мясистыми сосочками. Возникло неодолимое желание прикоснуться к ним губами и нежно помассировать. Желание сопровождалось подъёмом моего детородного органа, что невозможно было скрыть, так как я спал абсолютно голым. Неожиданно груди стали отдаляться. Неужели это сон, подумал я. Но нет. Склонившаяся надо мной голая мама распрямилась, и теперь я мог созерцать её полностью, такую соблазнительную в своём обнажении. Невольно задержал свой взгляд на её киске. Сейчас она была идеально выбрита и немного напоминала сердечко: две небольшие выпуклости и щелка между ними. Никакого торчащего гребешка внутренних половых губок, как у Аньки. Мамина писька, скорее походила на лоно юной девственницы, а не женщины средних лет, к тому же рожавшей. Анькина же вагина была крупнее, с вечно торчащим хохолком мясистых губок, хотя она реально была девственницей. И чего это я их опять сравниваю?
Размышляя таким образом, и лицезрея столь пленительное женское тело, я возбудился по полной. А воспоминания о том, как вчера вечером мы с мамой рука об руку дрочили друг другу и синхронно кончили, заставили мой член нервно подёргиваться. Мама же сейчас не отвлекалась и всё это время давала мне поручения на грядущий день. Она сдержала своё обещание находиться дома без одежды и немного нервничала, потому что не просто стояла, а переминалась с ноги на ногу; была смущена, так как лицо её раскраснелась; и тоже возбуждена, поскольку из щелки её появилась небольшая белёсая сопля. Встречаться со мной взглядом она не стремилась, всё больше поглядывая на мой пульсирующий писюн.
Слушал я её в пол уха и наконец, не выдержав, напомнил ей про обещание снимать мне напряжение по утрам. Я, конечно же, слукавил. Договорённость была об одном утре. Но мне хотелось, чтобы она меня удовлетворяла каждое начало дня. Мама на полуслове прервала свой монолог, растерянно посмотрела на мой восставший ствол и неуверенно приблизилась ко мне. Во всём её поведении явно просматривалось нежелание выполнять своё обещание, но в то же время её глаза лихорадочно блестели. Совсем как вчера, когда мы дрочили друг другу. Мой член лежал на животе и нетерпеливо подрагивал, желая излиться от маминых ласк. Видя её нерешительность, я рукой приподнял его в вертикальное положение и немного покачал из стороны в сторону, как бы приглашая партнёршу быть более инициативной. Мама помедлив, наконец, подошла вплотную к моей кровати, стала на колени и приблизила своё лицо к эрегированному писюну, которого я по-прежнему не выпускал из своей руки.
— Фу, какой вонючка. А ну, сейчас же в ванную, подмойся. И поторопись. У меня мало времени, - произнесла она как бы игриво, но с заметной дрожью в голосе, что выдавало её волнение.
Я вскочил с кровати и быстренько ополоснулся в душе, тщательно намыливая свои гениталии. Ведь мать мне сейчас их будет дрочить, а может и отсасывать! От таких мыслей я тоже чрезвычайно взволновался, и даже появилась некая дрожь в руках. До этого я только лапал её обнаженное тело и мастурбировал её влажную киску. И вот теперь мне предстояло возможно войти в неё. Пусть даже сначала в рот а, затем, возможно и в её щелку и даже в попку, если повезёт. Ведь впереди у нас ещё почти целая неделя совместного сосуществования без одежды! Всякое может произойти. Да и Аньку хочется потрахать не только в жопу. Пора
Во имя спасения. Часть 1