счастью деньги, банковские карточки и ключи от квартиры остались при мне. Привёл меня в чувство Иваныч – пожилой сосед, проживающий этажом выше. Он потряс меня за плечо и поинтересовался как моё самочувствие. Я с трудом поднялся: в глазах снова немного потемнело и закружилась голова. Очевидно, сотрясение мозга, подумал я. Сосед вызвался проводить меня домой.
Едва мы вышли из лифта на седьмом этаже, как он позвонил в звонок моей квартиры. Я начал было противиться, пытаясь найти ключи от дома, как неожиданно входная дверь распахнулась и на пороге появилась голая Аня с моей приблудой на пизде. Сосед ошеломлённо уставился на неё, но не произнёс ни слова. Аня запричитала: что со мной случилось? Иваныч не торопясь поведал свою историю о нападении на меня бомжей и посоветовал приложить лед к ушибу на моей голове. При этом он буквально пожирал глазами обнаженное тело юной девушки. А она даже и не пыталась прикрыть свои интимные места. Так и стояла с прилично раздвинутыми ногами и обрезанным пузырьком в причинном месте, откуда, кстати, в это время на пол шлёпнулась густая сопля её выделений. Закончив свой рассказ, Иваныч высказал предположение, что это моя девушка и поинтересовался что это за штуковина прилеплена у неё между ног. Может какая-то сексуальная игрушка для извращенцев?
Перебив Аню, я пояснил, что это моя двоюродная сестра, приехала из района и проходит курс лечения по-женски от городской больницы на домашнем стационаре. А штуковина между ног – это специальное приспособление для ввода лекарств в женские половые органы. Лекарства надо вводить несколько раз в день, поэтому она и находится дома с этой штуковиной. Дед мне не очень поверил и с сомнением покачал своей головой. Аня, желая подтвердить мою версию, чуть присела, широко разведя свои ноги, и приподняла пузырёк, стараясь показать неверующему, что горлышко пузырька торчит как раз из её вагины. Иваныч присел на корточки и стал внимательно рассматривать нутро девушки. Меня это реально взбесило. Какой-то старый хрыч, как гинеколог, пялится на самые сокровенные места моей девушки (я уже считал Аню своей девушкой?). А она, как блядь выставляет все свои причиндалы ему напоказ и по-видимому тащится от этого. Из пузырька ручьём стекал её секрет, а соски на её груди от возбуждения напоминали два сморщенных финика. Анюта часто дышала, и лоб её покрылся испариной. Мне показалось, возжелай сейчас Иваныч её, она бы с удовольствием раздвинула руками ягодицы и подставила бы ему своё очко. Ну, что за потаскушка...
Я решил прекратить это бесчинство и буквально вытолкал соседа за дверь. У Ани же я спросил: что это было? Девушка смешалась и покраснела. Запинаясь, она пояснила, что за эти несколько дней лечения в её сексуальном восприятии произошли кардинальные изменения. Если раньше для неё было табу хоть как-то оголить своё тело, а тем более интимные места, то теперь, когда ей пришлось пройти через ад больницы и поликлиники, на это она реагирует совершенно иначе. Её сильно возбуждает, как похотливо пялятся на её причиндалы окружающие. Неважно, мужчины или женщины. Как горят у них глаза при этом, как они её хотят. От такого внимания у неё внизу живота всё напрягается, тянет вниз, половые органы набухают и в письке буквально всё свербит. Хочется ещё сильнее раскрыться и унизиться. Прямо какое-то безумие. Хочется, чтобы её трогали там, и она наконец-то получила желанный оргазм. Ей теперь постоянно хочется кончить.
— А дома у тебя не возникали такие желания? – поинтересовался я.
— Нет, это началось здесь. В первый день, в больнице, когда мне прижигали лазером
Жемчужная обитель (Телевизор)