не успел. Так. Сиськи помял, да в пиздёнку пальцы засунул. А они в крик. Особенно вот она, крестница моя, громко вопила. Оскорбляла по всякому. А что, если подумать, случилось - то? Мужик умер. Что же теперь, вдовьей дырке мхом зарастать? Вот я и думал, на правах кума...
— Вы домогались маму прямо на поминках. Прилюдно.- голос Симочки был едва слышен.
— И что с того? Растяни норку и принимай мыша. Мне особенных нежностей от неё не требовалось. Заходил бы к ней вечерами, поёбывал. Была бы покладистой - стал бы ей помогать. Деньжат подкидывал бы. Прослыла бы шлюхой? Это уж как водится. И что с того? Зато дочек бы не пришлось в проститутки отправлять. Так нет же. Она иначе решила. Я останусь честной женщиной, а дочки уж как придётся...
— Вы зачем сюда - то пришли? - оборвала я поток его мерзких слов.
— Как это зачем? - опешил мужик - Что за глупый вопрос! Не получилось тогда в матерью, получится сейчас с дочкой. Раз уж Сима в проститутки подалась, то отказать права не имеет. Ведь так?
Последние слова, произнесённые в повышенном тоне, были адресованы уже Серафиме. Девушка молчала. Посетитель рассмеялся.
— Молчание - знак согласия. Скидывай, крестница, тряпьё и айда в койку.
По Симе было видно насколько ей неприятен посетитель, до какой степени ей не хочется допускать его до своего тела. Сам же Ефим продолжал веселиться. Похабно улыбаясь, он достал из кармана несколько купюр и, раскрыв их веером, поднёс к лицу девушки.
— Не сомневайся, бабок у меня предостаточно. Готов заплатить за любое скотство.
Сима вскинула подбородок и с вызовом посмотрела в глаза мужчины.
— Сделаю всё, за что вы заплатите.
— Можно подумать, что у тебя есть выбор. Раздевайся, не тяни резину. Охота поглядеть, какие у тебя дойки. Надеюсь не меньше, чем у мамочки.
Ухватившись за край сорочки, девушка рывком стянула её с себя и откинула за спину.
— Любуйтесь! - зло выкрикнула она, гладя себя по бёдрам - Или может быть спиной повернуться? Наклониться? Попку растянуть?
— Поспокойнее, пожалуйста. - невозмутимо произнёс Ефим - Незачем орать. Конечно, ты всё это сделаешь. Только молча. Можешь начинать.
Симина злость сменилась растеряностью. Она несколько раз вверх - вниз провела ладонями по своей налитой груди и повернулась вокруг себя. Как только девушка оказалась лицом к лицу с Ефимом, тот подскочил к ней и довольно грубо схватился за её груди. Некоторое время он ощупывал Симины сиськи, словно проверяя нет ли тут какого - нибудь обмана.
— Вымя классное. У мамочки, мне кажется, поменьше будет. А она ведь четверых родила. - решил он наконец и выпустил груди из ладоней - Мы отвлеклись. Дырочки показывай!
Симочка повернулась к посетителю попкой и, наклонившись, обеими руками раздвинула булочки. Рука Ефима тут же оказалась у неё в промежности.
— Гладко то как! - восторженно протянул он - Не то что у мамки. У той джунгли настоящие. Сладкая и девочка. Ни минуты не жалею, что с мамочкой тогда не сложилось. Доча по всем статьям интереснее.
Ефим несколько минут хозяйничал в промежности и Симы, время от времени восклицая: «Ты подумай, какая тугая!» или «Девочка - то подмокла!». Наконец он взял себя в руки и деловито выяснил Симины расценки. Та нехотя назвала цены. Не раздумывая ни секунды, Ефим объявил:
— Трахну тебя без гондона. Кончу, как и полагается настоящему мужику внутрь. Годится?
— Как вам будет угодно.
О том, что дальше было с Симочкой, мне судить трудно. В тот момент, когда Ефим потянул девушку в койку, входная дверь распахнулась и в мою комнату
Девственник стал любовником .2