второго размера и в общем-то довольно изящные женские формы. Сегодня она была одета в лёгкие, плотно облегающие шорты и объёмный, но короткий топ. Плоский спортивный животик был открыт, на нём угадывался рельеф мышц — мама очень тщательно следила за собой и уже лет пять регулярно посещала фитнес-зал два, а иногда и три раза в неделю.
Вскоре мы всё-таки доехали. Весело вышли из машины навстречу бабушке Агафье. Отец первый обнял свою маму и пошёл разгружать вещи. Агафья Петровна сдержанно поприветствовала мою маму, неодобрительно оценив её внешний вид — посчитала его несколько нескромным, открытым чуть более возможного. Старушка проработала всю жизнь учительницей младших классов в сельской школе и придерживалась довольно консервативных взглядов. После чего доброжелательно раскрыла свои объятия для меня, своего единственного и любимого внука.
Отец предупредил, что после завтрака, заранее приготовленного к нашему приезду, он сразу вернётся в город — до его отъезда в аэропорт оставалось совсем немного времени, а надо было закончить неотложные дела в гараже.
Бабушка показала нам с мамой комнаты на втором этаже, где нам предстояло жить в ближайшие три недели. Дом у бабушки хоть и не очень большой, но всё же в два этажа. Бабушка сама редко уже поднималась наверх, предпочитая небольшую комнату, примыкающую к гостиной в самом углу первого этажа, с видом во дворик с огородом и садом.
Предложенные комнаты были небольшие, но очень уютные. Мамина комната выходит окнами на улицу со стороны входа, а моя — как и у бабули, в огород. Но в связи с тем, что окна были расположены высоко, был виден ещё и соседний участок дома, в котором, как я думал, уже давно никто не живёт.
Отец уже уехал. На мою ответственность оставалось поднять все вещи наверх. Сначала я поднял маме в комнату её огромный чемодан, на котором продремал всё утро, затем занёс свою большую спортивную сумку.
Мама, пока я заносил вещи, быстро собралась в летний душ — благо солнце уже хорошо прогрело воду в чёрном баке, установленном на крыше. Взяв большое банное полотенце, она, весело напевая любимую мелодию, ушла. А я пока остался наверху, остановившись у открытого окна.
Разглядывал бабушкин огород с аккуратными грядками зелени, клубники и кустами малины возле забора. Летний душ было видно только отчасти, и в верхнем, незакрытом проёме виднелась только голова мамы, активно принимающей всё ещё достаточно прохладный душ.
Но в один момент меня привлекло другое. На участке в доме за забором я увидел мелькнувшую фигуру парня — там, где, как я думал, никто не живёт.
Собравшись в душ, я спустился вниз, ожидая, когда мать его освободит. Бабушка начала расспрашивать про мою успеваемость. Я рассказал, что всё хорошо, и подтвердил, что планирую подавать документы именно в тот институт, куда советовал отец. Бабушка Агафья похвалила меня, порадовавшись за мои успехи.
Вспомнив, что видел незнакомого парня в окне из своей комнаты, я спросил бабушку, кто бы это мог быть — ведь там раньше никого не было уже очень давно. Бабушка рассказала, что туда на лето заселились недавно объявившиеся наследники соседки — мой ровесник парнишка и его мать, которые только недавно приехали из другого города.
Я решил, что нам обязательно надо познакомиться, так как молодёжи в деревне было мало, и был бы кто-то, с кем можно ходить на реку.
В это время мама, вернувшись из душа, быстро проскользнула наверх в свою комнату мимо меня, завёрнутая в большое банное полотенце, смущённо улыбнувшись. Я направился в душ освежиться и смыть дорожную усталость.
Когда я закончил, то остался сидеть на скамейке возле душа, чтобы немного погреться
Квартирная хозяйка