успел отодвинуться. Но мне и не хотелось. Я чуть нагнул ее к столу, разделочный, кажется, называется, чтобы она смогла почувствовать бедром мой член. Она резко вздохнула и чуть прикрыла глаза. Я, не спеша ее поцеловать, злорадно (я так пытался) улыбнулся и запустил руку под ее халатик. Трусов не было, что логично. Когда я начал гладить ее бедра, все ближе подбираясь к концентрированной любви, теплоте и влаге, к ее лобку и киске, я почувствовал, что она уже потекла.
— Лесбиянка, называется... — проурчал я ей на ушко и начал водить по клитору пальцем, погружаясь им в сладковатую влагу между ее половыми губками. Мой член уже вовсю дрожал от нетерпения. Молния на джинсах уже грозила сдаться врагу, хотя я был не против.
— Ты просто... на Ленку... похож... — простонала она, закидывая мне руки на шею и вцепляясь в волосы. У меня, кстати, длинные волосы, до плеч, тоже черные, как и у сестры, но я их завязываю в хвост, чтобы не мешали. Она выгнулась дугой, параллельно сорвав мне с волос резинку, когда я, уже развязав пояс ее халата, губами впился в один из ее сосков. Перестал дрочить ей, она уже почти кончила, но я решил немножко продлить удовольствие. Ее руки непроизвольно потянулись вниз, к клитору, чтобы добить оргазм, но я одной, левой, рукой завел их ей за спину, а правой расстегнул свои штаны. Я вонзился в нее с каким-то сладострастным ощущением победы над, хи-хи, меньшинством и начал двигать бедрами, попросту, трахая ее. Господи! Я сейчас вспоминаю, опять встало!.. Она кончила на пятом-шестом моем движении туда-сюда. Она, кажется, потерялась в пространстве и обмякла в моих руках
Я высунулся из нее, ибо было нельзя кончать в лесбиянку, которая явно не принимала колес-контрацептивов, а в доме моем даже таких не имелось (презики ненавижу, предпочтительнее, не считая гормональников для дам, внутревлагалищные гели со спермицидами, которые обычно хранятся, вернее, хранились у моей бывшей девушки).
Так получилось, что я не почувствовал, как из ванны вышла моя сестра. Она стояла прямо за мной, и когда я обернулся, подрачивая член, Лена с каким-то томным восторгом смотрела на меня. Она подошла ближе, хитро улыбаясь. Она обычно так улыбалась, когда готовила какой-то сюрприз. Мой половой орган просто неприличнейшим образом торчал в ее сторону, но я находился в некоем охренении после неплохого траха там, где обычно режут колбасу. Поэтому, я не протестовал, когда она, сняв мою руку с моего же пениса, чмокнула меня в уголок губ и опустилась на колени. Поцеловав головку стоячка, она нерешительно лизнула ее, затем более смело обхватила ее губами и сделала парочку движений вверх-вниз, то заглатывая часть моего члена, то отпуская его. Ее мокрые после ванной, черные, как смоль, волосы стали волнистыми и пышными. Я не выдержал таких ласк и, наверное, чересчур сильно взял ее за волосы.
Я потянул ее голову на себя, но тут же отпустил, услышав протестующее мычание под своей рукой. Она решила сделать минет по всем правилам. Я чувствовал, как ее язычок обрабатывает мой член, то водит по стволу, то скользит по головке. Я излился в нее где-то через минуту такого безобразия. Лена, видимо, с непривычки, поперхнулась спермой, но все сглотнула. Уже пришла в себя Катя и обвила руками сзади мою шею.
— Ну что, Маркус, устроим что-нибудь эдакое? — промурлыкала мне на ухо Катенька, и я заметил, что поначалу опавший, мой член снова затвердел. Ленок поднялась с колен, вытирая губы подцепленным по дороге полотенцем.
Жарким летом в Питере 1 часть.