наверное, уже вернулась, но Ден предугадал это движение. Он слегка сжал её плечо, пальцы погрузились в мягкую кожу, и она поняла, что возражения бесполезны.
— Ты ведь смелая девочка, Женя, — продолжил он, и в его голосе звучала не вопрос, а утверждение, формирующее её новую реальность. — Ты хотела взрослого опыта. Вот он.
Он подозвал друга жестом головы, и Майк, не отрывая от неё пронзительного взгляда, шагнул еще ближе, почти вплотную к её боку. Ден наклонился к её уху, шепча слова, от которых у неё перехватило дыхание, словно кто-то вынул воздух из всей комнаты.
— Я предлагаю тебе новый опыт, — прошептал он, его губы коснулись её мочки, вызывая новую волну дрожи. — Двойной. Мы оба позаботимся о тебе. Это то, чего ты не забудешь никогда.
Слова повисли в воздухе, тяжелые и неповоротливые. Женя смотрела на Майка, потом на Дена, пытаясь найти в своих чувствах хотя бы каплю возмущения или желания убежать. Но страх смешался с чем-то другим — с пьянящим осознанием собственной значимости, с тем самым запретным интересом, который привел её в эту подсобку. Она чувствовала себя на краю пропасти, и вместо того чтобы отступить, её тело, вопреки рассудку, подалось вперед.
Мысль о том, что будут делать двое, пугала до тошноты, но в этом страхе было и странное, темное притяжение. Это было выходом за рамки того, что позволяли себе её одноклассники, за рамки её скучной, правильной жизни. Ден смотрел на неё ожидая, и в этом взгляде она прочитала вызов. Смелость, о которой он говорил, вдруг вспыхнула внутри неё, маленький, но яростный огонек, который заставил её перестать дрожать.
Она медленно выдохнула, разжала пальцы, которыми вцепилась в его шорты, и, глядя прямо в глаза Дену, едва заметно кивнула. Это было согласие, отданное без слов, но оно прозвучало в тишине комнаты громче любого крика. Ден усмехнулся, довольный, и отпустил её волосы, позволяя ей наконец выпрямиться, хотя и не полностью освобождая от своего присутствия.
— Хорошо, — выдохнул он, переводя взгляд на Майка. — Тогда начнем сначала.
Пожилые любовницы