продаж. Мы коротко поговорили о Ларри, а потом разговор быстро перешёл к делам и плану на будущее.
— Мы не отдадим тебе сто процентов его клиентской базы, — сказал он, — но ты хорошо работаешь, Патрик, тебе достанется многое.
Я был рад, что они считают меня достаточно толковым, чтобы взять хотя бы часть клиентов Ларри. К тому же с тех пор, как я работал с Ларри, наш оборот вырос. Лишь через несколько недель я осознал финансовый вес своего нового статуса.
Мой первый месячный чек с комиссионными составил чуть больше четырнадцати тысяч долларов. И это даже не за полный месяц.
***
В ту пятницу, когда я пришел домой, я быстро все прикинул. По моим подсчетам, даже при самом худшем раскладе я должен был заколачивать приличную сумму — в районе ста тысяч с хвостиком.
Я был возбуждён, на подъёме. Было и немного жалости к Ларри, но по правде я его толком не знал. Нужно было как-то отметить. Я позвонил приятелю Тиму Пэрису. Тим ещё учился в магистратуре.
— Прайс, что случилось? — ответил он. Он всегда звал меня по фамилии.
Я объяснил, что хочу угостить его ужином и несколькими шотами в честь события.
— В честь чего? — спросил он.
Я сказал, что расскажу позже. Мы решили встретиться в «Пончос» — приличном латинском ресторане с отличным баром. Одно из тех мест, куда в студенчестве никогда не хватало денег, но всегда хотелось попасть.
***
В пятницу вечером там было битком. Смесь профессионалов и только что выпустившихся студентов на первых работах. Я рассказал Тиму о своей новой, выгодной ситуации в «НФП». Точных цифр не назвал, но намекнул, на что рассчитываю.
— Прайс, — начал он, — ты же знаешь, я получаю MBA по финансам. В прошлом году стажировался в финансовой компании и у меня есть оффер с июня. Нам стоит составить тебе финансовый план.
И мы начали обсуждать мой «план».
Пока мы разговаривали, в ресторане становилось всё теснее. Мы стояли за высоким бистро-столиком на четверых. Большая компания начала подпирать наше пространство. Пока мы с Тимом обсуждали индексные фонды, я почувствовал, как кто-то тронул меня за плечо.
Я обернулся — и увидел высокую, эффектную, темноволосую женщину, скорее девушку, которая улыбалась и смотрела на меня.
— Вы этим стулом пользуетесь? — спросила она, всё ещё улыбаясь.
Обычно я не из сверхобщительных персон — не интроверт, просто не перебарщиваю с общением с незнакомыми людьми. Но сегодня, окрылённый финансовым успехом, я был в приподнятом настроении.
— Мы пользуемся, — сказал я, — но для вас я его с радостью уступлю. — И улыбнулся в ответ.
Она поблагодарила и подвинула стул примерно на шесть дюймов, всё ещё довольно близко к нам с Тимом. Тим коротко перекинулся парой слов с худощавой блондинкой напротив той, с которой я говорил. Высокая девушка ещё раз улыбнулась мне, уселась на стул и повернулась к своим друзьям.
Через несколько минут я спросил девушку рядом, не угостить ли их выпивкой. Они согласились, и мы вчетвером начали болтать.
Вечер шёл дальше — ещё выпивка, ещё разговоры. Я узнал, что темноволосую девушку зовут Мия Дюран. Она закончила «Стэнхоуп Стэйт», у неё степень по маркетингу, и она работала в местной рекламной компании в Стэнхоупе.
Чем дольше я был с ней, тем больше она мне нравилась. Тёмные волосы, красивые глаза и прекрасная улыбка. Высокая, примерно пять восемь, с хорошими фигурой и бюстом — насколько можно было судить, не пялясь слишком явно.
Мы ушли из «Пончос» и дошли до небольшого местного бара «Пиноккио». Там было чуть тише, мы взяли закуски и ещё выпили. Ночь немного
Бдсм. Первый опыт.