конца, до упора. Её спина выгнулась дугой, и она закричала — коротко, сдавленно, будто от боли, но я знал, что это не боль.
— Да! Вот так! — застонала она. — Я хочу чувствовать тебя в себе, хочу, чтобы ты кончил в меня, чтобы всё из тебя было во мне...еби меня...сильнее!
Он зарычал, наклонившись к её уху, и я услышал, как он шепчет что-то грязное, что-то, от чего она задрожала ещё сильнее. Её руки вцепились в простыню, комкая её.
— Я сейчас кончу, — выдохнул он, и его движения стали беспорядочными, теряя ритм.
— Да, да, да, — зашептала она, раскачиваясь с ним в такт. — Кончи в меня, Игорь, наполни меня, я хочу чувствовать, как ты изливаешься в мою вагину...хочу сосать твой хуй...
Он застонал, глубоко, протяжно, и я увидел, как его тело напряглось, как он прижался к ней максимально плотно, вжимаясь в неё. Лена выгнулась, и её крик был уже не стоном, а диким, освобождающим воплем, который она пыталась заглушить, закусив костяшку пальца.
Несколько секунд они замерли, тяжело дыша. Потом Игорь медленно вышел из неё, и я увидел, как она бессильно опустилась на кровать, раскинув ноги. Её тело блестело от пота, грудь тяжело вздымалась. Пизда мыла мокрая от спермы. Он вставил ей свой член в рот и она стала сосать и лизать ему яйца, дрочила ему и облизывали головку хуя.
Я отшатнулся от двери. Сердце колотилось так, что я слышал его в ушах. Я вернулся в спальню, лёг на кровать, закрыл глаза и притворился спящим, когда через несколько минут дверь скрипнула и Лена скользнула ко мне под бок. Она пахла сексом, потом и чужим одеколоном.
— Спишь? — прошептала она, прижимаясь ко мне.
Я не ответил. Я чувствовал, как её рука скользит по моей груди, как она прижимается ко мне сильнее обычного. Я не знал, что сказать. Я просто лежал, слушая, как её дыхание выравнивается, и думал о том, что стена между нами всегда была тоньше, чем я думал. И что, возможно, я сам виноват в том, что не слышал этого раньше.
Рыбалка