с ярко-розовыми сосками освободились и всплеснули, когда она резко опустила руки. Зал взорвался криками и свистом, но Лина слышала только музыку и шум собственной крови в ушах.
Она начала двигаться более развязно, осознавая всю власть своего обнаженного тела. Она медленно опустилась на колени, коснувшись пальцами пола, и начала плавно подниматься, прогибаясь в пояснице. Ее соски затвердели от прохладного воздуха и возбуждения. Она чувствовала, как ее возбуждение растет, как оно заполняет все ее существо, вытесняя застенчивость и будничную серость.
Лина поднялась, медленно, заставляя зрителей ждать. Она взяла края кружевных трусиков и, глядя прямо в глаза Марку, медленно спустила их вниз, обнажая свои бедра.
Она не могла больше ждать. Ее пальцы скользнули между ног, туда, где заносилась тонкая, аккуратно подстриженная полоска рыжеватых волос. Лина всхлипнула от удовольствия, когда ее пальцы коснулись влажной плоти. Она не перестала двигаться, продолжая танцевать, но теперь ее движения стали откровенными, почти животными.
— Ох, — выдохнула она, когда ее пальцы раздавили набухший клитор.
Перед ее глазами все поплыло. Она больше не видела толпу, не слышала музыку. Только ощущения. Она чувствовала, как ее тело Wants more. Случайно она заметила, как Марк в первом ряду, не скрываясь, достал из кармана телефон, чтобы сфотографировать ее, и его взгляд был полон неприкрытой похоти.
Эта мысль — что ее, застенчивая Лина, сейчас жаждут десятки мужчин — вызвала в ней новый приступ возбуждения. Она распласталась на сцене, выгнув спину и широко расставив ноги, давая всем возможность рассмотреть ее возбужденную плоть. Ее пальцы работали ритмично, она сама ускоряла темп, прикусывая губу, чтобы не закричать от нарастающей силы оргазма.
Ее тело дрожало. Она чувствовала, как внутри нее зреет взрыв, как всё её существо собирается в одну точку, в одно мгновение. В ее голове пронеслась мысль о Марке, который когда-то так и не решился предложить ей больше чем просто дружбу, и с этой мыслью она окончательно отдалась своим ощущениям.
— Да... — прошептала она, и звук ее голоса утонул в грохоте музыки и криках одобрения.
С ее губ сорвался тихий стон, когда она достигла пика. Тело ее выгнулось дугой, пальцы впились в кожу бедер, а все вокруг исчезло, оставив ее в блаженном вакууме чистого, дикого наслаждения. Она лежала на полу сцены, тяжело дыша, ее грудь вздымалась, а по бедрам стекали капли пота.
Когда музыка стихла и свет в зале стал ярче, Лина обнаружила, что всё еще лежит, завороженно глядя вверх. Зал неистово аплодировал. Катя и Марина выскочили на сцену, чтобы накинуть на нее простыню.
— Ты была великолепна! — визжала Катя, помогая подруге подняться. — Ты видела лицо Марка? Он чуть со стула не свалился!
Лина, одеваясь, чувствовала необыкновенную легкость. В ней что-то изменилось навсегда. Больше никакого серого свитера.
Когда она выходила из клуба, в тени аллеи ее перехватил Марк. Он выглядел смущенным, но в его глазах горел знакомый огонь.
— Я... я не знал, что ты такая, — выдавил он, глядя на ее губы.
Лина обернулась к нему. На её лице играла странная, новая улыбка.
— Ты даже не представляешь, какой я могу быть, Марк, — сказала она, обходя его и медленно, нарочито, выгибая спину.
— Пойдем ко мне? — предложил он, и в его голосе Лина услышала то, что ждала всю жизнь.
— Пойдем.
Они спустились в его машину, и как только дверь закрылась, Марк резко притянул её к себе. Лина почувствовала запах его сигарет и дорогого одеколона. Его рука грубо, но властно легла ей на бедро, сжимая кожу. Лина вздрогнула, ее дыхание сбилось. Она больше не была застенчивой девочкой из колледжа.
Любознательный