— Насть, ты офигеть какая крутая! Никто ещё ни разу не давал отпор Светке. — Вик, я не крутая. Я просто умею за себя постоять. Ваша Светка узнала бы лучше, почему меня перевели в вашу школу на последнем году, прежде чем рыпаться. — А почему, правда? — Потому что… — заулыбалась Настя. — Пошли в столовку, есть хочу. — Пойдём.
До конца учебного дня оставалось ещё три урока, и они прошли спокойно. Правда, новость о Насте и о том, что она ударила Свету, разлетелась по всей школе моментально. Все начали говорить о «стрелке» у гаражей рядом со школой. Все знали, что Света не упустит возможности отомстить. Вика, как партизан, приносила Насте все новые сплетни и слухи о том, что уже все старшеклассники собираются после уроков смотреть на разборки девочек.
— Хотят разборок — получат.
Вика почти влюбилась в Настю. Она видела в ней какую-то непоколебимую уверенность в себе. Она как будто была воинствующей валькирией, которая не боится никого и ничего. И Насте это нравилось. На самом деле она была чуть ли не хуже всех этих трёх девиц, которые кошмарили всю школу, потому что с раннего детства ей приходилось отстаивать своё не только языком, но и кулаками.
История Насти была очень сложная, как и её жизнь до того момента, как её на последнем году учёбы перевели в новую школу. Причиной тому послужила очень серьёзная стычка с одноклассницей, которую Настя отправила на больничную койку, выбив ей несколько зубов и сломав ребро (не говоря уже о количестве синяков). Та драка прогремела на весь район, но причину её знали лишь Настя и её соперница. Настя заступилась за свою лучшую подругу, которую травили в школе за «непохожесть» — та девочка была лесбиянкой. И Настя не жалела ни о чём содеянном, ведь не раз предупреждала, чтобы не приставали к её подруге.
Но и это не было основой её жёсткого характера. Корни его были в далёком детстве, в котором она противостояла двум сводным братьям, с которыми приходилось делить территорию квартиры. Именно с ними она научилась драться так хорошо, что напугать её хватанием за волосы уже не представлялось возможным. Так что девочка она была хоть и очень красивая и привлекала к себе взгляды, да и вела себя как скромница и тихоня, внутри она носила воина, который готов встать на защиту не только себя, но и других.
Уроки подошли к концу. В дверях школы Настю вырвали из толпы несколько пар рук — это были Света и Лиза. Грубо вцепившись в куртку Насти, они тащили её прочь от школы. Метрах в ста был гаражный кооператив с большой площадкой посередине, где уже дожидалась большая масса возбуждённых старшеклассников, слетевшихся посмотреть на разборки девчонок. Одним грубым толчком Настю втолкнули в круг, образованный людьми. Она поправила куртку, бросила рюкзак на землю, сняла с запястья резинку для волос и собрала копну каштановых волос в тугой пучок на затылке. На её лице, постоянно спокойном и не выражающем чувств, появился звериный оскал. Кое-кто в толпе заметил это, и начались всё более усиливающиеся шёпоты.
— Ну что, сука, разберёмся? — прошипела Света, никак не отреагировавшая на изменения в выражении лица Насти. — Давай, разберёмся, — холодно парировала Настя.
Лиза и Ксюша отступили на шаг назад, почему-то потеряв уверенность. Лишь их отбитая на голову подруга кинулась вперёд на противницу. Света попыталась вцепиться в волосы Насти и тут же получила очередную позорную пощечину. Вновь схватившись за лицо и снова начиная нападать уже с большей яростью, следующим
Образ (Глава Пятая. Фотографии)