Поскольку наши ноги во время секса не стаяли на месте, а раздвигались, мы постепенно опускались все ниже к полу, и в какой-то момент я почувствовал, что мои яйца, болтающиеся в такт нашим движениям, стали слегка чиркать по лицу Рика.
Я не мог сказать, каких именно частей его лица они доставали, но знал, что от этого мне было не по себе, а потом я почувствовал, как он облизывает меня, а затем берет в рот мое правое яйцо, свисавшее чуть ниже, в свой рот.
Внутри у меня все трепетало от страха и волнения, но это было приятно, я застонал, опустил свои яйца и основание члена на его лицо, входя в его жену.
Она точно знала, что происходит, и мы снова начали толкаться, стукаясь лобковыми костями друг о друга. Это было в значительной степени просто по-скотски: хрюканье и вздохи, натужные стенания и скулеж от удовольствия, перемежающие с грубым трахом, пока Рик облизывал и сосал все части наших тел, которые оказывались доступны для его рта и языка.
Сью кончила снова, и мы на мгновение сбились с ритма. Мой член полностью выскользнул из нее и уперся в его лицо. Я почувствовал, как он взял мой покрытый спермой член в рот, пососал секунду или две, а потом взял его рукой посередине и направил обратно в жаждущую вагину Сью.
Это решило дело. По ряду причин, факт, что он взял мой член в руку в сантиметрах от своего лица, и охотно, даже с нетерпением, направил его обратно в раскрытую ожидающую вагину своей жены, а затем наблюдал, как я снова полностью заполняю её своим членом... В общем, вся эта сцена, то, с какой готовностью он сделал это для своей жены, просто довела меня до предела, и я начал кончать, изливая вторую порцию глубоко в неё, зная, что она чувствует, а он наблюдает за судорожными сокращениями моего члена, пока я орошал её матку горячей спермой.
Вся эта дикая гиперсексуальная, похотливая и сюрреалистическая сцена довела меня до очередной мощной эякуляции, когда я разгружался, держа свой член глубоко похороненным внутри нее, и, напрягая мышцы ягодиц, прижимался своим пахом к ее мягким белым бедрами, чтобы проникнуть еще глубже.
В конце концов, через секунды (минуты, часы?) спустя, когда был полностью истощен, ослаб и обмяк, я откинулся на спину, а мой член выскользнул из нее небольшим белым фонтаном. Он шлепнулся, теперь уже не так сильно, прямо в лицо Рику, а я безучастно смотрел на него сверху, не в силах, чтобы пошевелиться. Он облизал мой член, пробуя на вкус похоть своей жены, смешанной с моей, а когда он открыл рот, я спокойно взял свой ствол в руку и поднес к нему, заталкивая набухшую головку ему в рот, чтобы он высосал из меня последние капли, а потом слизать остатки спермы с моего чувствительного набухшего члена.
Я дал ему сосать меня столько, сколько мог, мои яйца были у него на лице. Он был полон энтузиазма и рвения, что компенсировало его некую неуклюжесть, но вскоре мне пришлось отстраниться, когда мой член стал слишком чувствительным до боли, чтобы продолжать, да не особо и хотелось.
Я плюхнулся на сиденье позади себя, ссутулился и откинулся назад, позволив своему измученному члену и опустившимся яйцам свисать спереди. Сью снова прижала свою только что наполненной вагину к его лицу, и он снова принялся за дело, наслаждаясь второй большой порцией спермы за день.
Он снова был возбужден, его член сильно пульсировал, и Сью наклонилась вперед и взяла его в рот. Я устало, но не отрываясь, наблюдал
Саманта