проблем, уничтожающих брак, не замечал. Но и близости между ними не было.
Да, интересно, как это переживает мать? Любовник, мастурбация в ванной, просто терпение? Последний вариант я отмел сразу: в маме было достаточно сексуальности, жизни и энергии, как-то она должна их выплескивать. Все эти мысли свелись в итоге к тому, что я могу стать отличным любовником для нее, той самой возможностью сбросить напряжение в любой момент. Человек, который рядом и которого никто не заподозрит. Это только подогревало мою фантазию, я строил планы нашей дальнейшей сексуальной жизни после того, как вернемся в город. Сидя вечером за столом с остальными родственниками, я поглядывал на мать, а в голове крутились образы того, как я трахаю ее на кухне, пока отец сидит в зале и смотрит телевизор, как она быстро отсасывает мне в ванной или нежится в кровати, пока я вылизываю ей утром, после ухода отца на работу. А если отправить его на рыбалку на все выходные, то каждый уголок в доме будет превращен нами в отличное место для секса.
Я поглядывал на мать, представляя ее голой в разных позах. В то же время на меня бросала взгляды Татьяна, улыбаясь и явно понимая, что происходит в моей голове. Общаться с другими родственничками не было особого желания. Вовка спрашивал меня сегодня, есть ли подвижки в соблазнении матери, и был послан нахер. Наташка недвусмысленно намекала, что готова отсосать и подставить нужную дырочку прямо сейчас, без соблазнения взрослых теток. Но ее предложение я тоже направил мимо ушей, решив, что мне действительно стоит воздержаться на денек от активностей ради матери.
Следующий день на удивление пролетел быстрее. Во многом из-за приготовлений и сборов, плюс я проспал почти до обеда, встал с ясной головой и крепкой эрекцией. Обед пролетел быстро, предвкушение грядущих событий не давало заскучать. Наконец начались приготовления к бане, которые традиционно перерастали в какое-то подобие языческого праздника, с поклонением огню, пару, березовому помелу и пенному напитку. Традиционно готовился стол с закусками, планировалось меню на ужин, и разговоры текли сами с собой.
Наш с Таней план был прост: сначала в баню шли отец с дядей Павлом, они парились всегда до предынфарктного состояния, отчего желающих идти с ними после пары попыток не осталось вовсе. После пары визитов в парилку и окунания в холодную воду их интерес к банным процедурам угасал, но просыпался интерес к потреблению пива и жарке шашлыков.
Именно в это время в баню должна была отправляться Татьяна и моя мать. Мне было велено ждать отмашки в предбаннике и быть готовым к действию по сигналу Татьяны. Володя с Наташкой были посланы вдаль, сегодня их интересы не учитывались, но эти двое вполне могли потрахаться друг с другом.
На словах все выглядело просто и понятно. Но на деле через пару часов либо сбудется одна из моих самых ярких сексуальных фантазий, либо я изнасилую свою мать. Оба варианта будоражили мое сознание, но первый нравился мне сильно больше.
К вечеру мгновения опять начали тянуться мучительно медленно и вязко. Сидя в одиночестве на летней кухне, я ждал, что будет дальше. Наконец в наваливающихся сумерках на дороге, ведущей из бани к кухне, обозначились два силуэта в белых простынях. Это был отец и дядя Павел. Их лица были настолько красными, что казалось, мерцали в сгущавшейся вечерней темноте. Что же, момент развязки становится все ближе.
– С легким паром! – Я встал со стула, приглашая мужчин присесть.
– О, Андрюха, а ты опять отлыниваешь. Когда уже с нами пойдешь в баньку? По-взрослому, чтоб до костей жаром
Воспоминания 6-я часть