продолжает спускаться к перекрёстку, желаемому большинству мужчин. После моя рука ложится ровно на половой орган Маргариты Семеновны и оказывает на него несколько регулярных, но сильных давлений.
Ответ Маргариты Семеновны был довольно быстрый. Молча, она наклоняется и отталкивает ягодицы назад, чтобы избежать контакта, из-за чего у меня возникает более сильная эрекция, которую она сразу ощущает. Я убираю левую руку, от её груди и нежно направляю её голову влево.
Рот Маргариты Семеновны всего в нескольких сантиметрах от моего, и она это знает. Прежде чем она собралась, я прижимаю губы к её, и язык проталкивает её сквозь них. Наконец её рот открывается и отдаётся глубокому, страстному поцелую.
Когда её атаковали спереди и проникли ей в рот, я чувствую, как всё тело Маргариты Семеновны томится, и мне даже приходится поддерживать её, чтобы она не поскользнулась.
Не зная, сколько у нас осталось времени, чтобы нас спасли, я решаю ускорить своё исследование, особенно теперь, когда уверен в полной подчинении моей бывшей тёщи.
После этого нежного поцелуя, моя правая рука поднимается, до уровня пояса юбки.
Мои пальцы пересекают границу между кожей и тканью, сначала проникая под юбку, затем, под трусики, которые ревниво охраняют запретный плод, которого так желают.
Сначала пальцы моей руки играют с маленьким пучком волосиков, который, как я подозреваю, седые. Впоследствии два пальца раздвигают нежные половые губы влагалища, раздвигаются, даря Маргарите Семеновне столько же удовлетворения, как и мне. Бёдра Маргариты Семеновны сами раскрываются, для мастурбации.
После нескольких движений взад-вперёд, проникнув в эту теперь уже влажную запретную зону, я убираю руку, потому что Маргарита Семеновна дышит всё быстрее и интенсивнее. Настолько, что соседка, молодая женщина, беспокоится о её состоянии здоровья и спрашивает: «Вы в порядке, женщина, вы плохо себя чувствуете?».
Маргарита Семеновна отвечает, что у неё был небольшой стресс. Что касается меня, то я очень стараюсь держаться в стороне и отдаляюсь, от Маргариты Семеновны.
Все начинают считать очень длинным время сидения в застрявшем лифте, и только через полчаса мы слышим мужской голос за дверью, который говорит:
— Всё в порядке, подождите, мы спустим лифт на нижний этаж вручную, он немного затрясётся, не пугайтесь.
— Фу, вот мы наконец в холле первого этажа, немного ослепленные ярким освещением после столь долгого нахождения в полной темноте.
Я сказал вслух: «Ну, вот нам повезло то в какое приключение попали».
— Не слишком долго и сидели.
Я спрашиваю Маргариту Семеновну, у вас не болят ноги, от стояния всё это время?Моя тёща, очень обеспокоенная, отвечает, что не хочет идти в магазин, и предпочитает идти домой отдохнуть от эмоций, и что мы сходим за покупками в другой раз, если меня это не беспокоит.
Соседи с шестого этажа тоже возвращаются домой, и я замечаю пристальный взгляд Маргариты Семеновны, устремлённый на мужчину, который ничего не подозревает.
Потом она пригласила меня к себе домой выпить кофе. Она извиняется перед тем, как выпить со мной кофе, говоря, что ей нужно переодеться, потому что ей стало очень жарко в той банке сардин и она вся вспотела.
Через пять минут Маргарита Семеновна возвращается в другом наряде и вероятно, в сухих трусиках. Наш разговор был о произошедшем событии, и она призналась, что испытывала сильный страх. Перед отъездом мы договорились на ещё одну встречу, чтобы сделать покупки, через два дня, примерно в 17:00.
Два дня спустя я приехал к тёще, и как обычно, Маргаритой Семеновной предложила мне кофе перед отъездом в магазин. Именно она вспомнила инцидент с лифтом.
— Слушай, Сергей, ты ничего не заметил и не слышал в лифте, когда мы были в полной темноте?
фантом