На следующее утро Маша проснулась от нежных прикосновений к своим сосочкам. Не открывая глаз, она повернулась поудобнее, подставляя ласкам свою грудку, и слегка раскинула ножки в стороны.
– Машенька, просыпайся, – сказал папа, – Вставай соня, а то завтрак проспишь!
– У-у-ух! – Маша сладко потянулась и села на диване. Ещё раз зевнув, она пошла умываться.
– Футболочка в шкафу, трусишки на балконе на верёвке, – сказал папа, когда Маша вышла из душевой. Маша, как была совершенно голенькой, так и вышла на балкон. На балконе она увидела, что шортиков уже не было, это папа их снял и убрал. Машины чёрные стринги одиноко висели на верёвке за перилами. Маша придвинула к ограждению какой-то ящик, стоящий в углу, и, встав на него, потянулась за трусиками, резинка которых была крепко завязана на узел за неимением прищепок.
– Привет, соседка! – вдруг услышала Маша. Девочка обернулась и увидела женщину лет тридцати на соседнем балконе.
– Здрасте, – робко ответила Маша, стараясь не поворачиваться передом.
– Меня Верой зовут, – продолжала женщина, – а тебя?
– Маша, – ответила девочка.
– И что же ты, Маша, всегда дома голенькой ходишь? – спросила Вера.
– Нет, в трусиках, – ответила Маша, – только так получилось, что у меня здесь только одни трусики.
– Понятно, – сказала Вера, собирая купальники с верёвок, – А я вот, с дочками сюда приехала.
– А я с папой!
– И ты так при папе ходишь? – удивилась Вера, – Молодец. Маша, а можно тебя сфотографировать?
Маша не возражала.
– Тогда я сейчас за фотиком сбегаю, – сказала Вера, – только ты трусики пока не надевай! Я хочу тебя голенькой сфотографировать. Ты же не против?
Последние слова Вера сказала скорее с утвердительной интонацией, как бы не принимая возражений. Она убежала в комнату, а Маша осталась на своём балконе и снова занялась узлом на своих трусиках, прижавшись лобком к ограждению. Через минуту соседка вернулась. С собою она взяла двух девочек, одна была Машиной ровесницей, а другая на год-полтора младше.
– Ты ещё здесь? – обратилась она к Маше, потом она сказала своим дочкам, – Вот, доченьки, смотрите, как надо дома ходить!
– Мама! – вскрикнули девочки.
– Что, мама? Девочка с папой приехала и не стесняется. Пока мы в номере, будете ходить голышом, это не обсуждается. Понятно, Наденька?
– Да, – сказала старшая девочка.
– Понятно, Любаша?
– Да, мамочка, – ответила младшая девочка.
– Так, Маша, теперь пофотографируемся, – сказала Вера Маше, – Можешь к нам повернуться?
Маша повернулась лицом к соседке.
– Отлично, – сказала соседка, сделав снимок, – Ручку убери, не стесняйся, никто тебя не видит.
Маша убрала руку, которой на автомате прикрылась.
– Классно! – сказала Вера, – И волосы назад откинь.
– Ну, что ты тут копаешься? – крикнул Машин папа, выходя на балкон, – Доброе утро, соседи, – поприветствовал он Веру с дочками, – Игорь, папа этой копуши.
– Вера, – ответила соседка, – Вы дочку свою не ругайте, это я её задержала. Как увидела, так сразу захотелось сфотографировать это чудо! Вы, кстати, не возражаете, что я её голую фотографирую?
– Нисколько, – ответил Машин папа, – Только думаю, на завтрак идти пора, а Машки всё нет.
– Точно, а я и забыла, совсем с Машей закружилась, – сказала Вера, – Ладно, Маша, как-нибудь попозже устроим тебе фотосессию.
Соседка с дочками ушли с балкона. Папа отвязал Машины стринги и с дочкой скрылся в номере.
– Ну, ты доченька даёшь! Уже перед посторонними голая позируешь. Неужели тебе не стыдно? – спросил папа.
– Ну, поначалу было, – ответила Маша, надевая
Спермы хватит на всех