Он вытащил член, развернул её лицом к себе, усадил на край стола. Света обхватила его ногами, и он снова вошёл — теперь глядя ей в глаза. Она смотрела на него ошалело, губы приоткрыты, по подбородку текла слюна. Он трахал её медленнее, но глубже, вдалбливаясь до самого конца, и она стонала на каждом толчке:
— Ох, блядь... да... ещё... глубже, сука...
Потом он снял её со стола, развернул и нагнул лицом к столешнице. Вошёл сзади, держа за талию, и снова взял бешеный темп. Света уткнулась лбом в стол, её стоны превратились в сплошной вой:
— Да-да-да! Трахай меня! Еби свою сучку! Я кончаю, блядь, я кончаю!
Её тело задрожало, сжалось вокруг его члена, и она закричала — громко, без стеснения, не думая о том, что жена за стеной. Олег продолжал долбить её сквозь оргазм, пока не почувствовал, что сам на пределе.
— Встань на колени, — приказал он.
Света сползла на пол, повернулась к нему лицом, открыла рот и высунула язык. Олег подрочил себе несколько секунд, глядя в её пьяные от похоти глаза, и кончил — густыми белыми струями, которые легли ей на щёки, на губы, на подбородок. Одна капля повисла на реснице.
Света не вытиралась. Она подалась вперёд, обхватила губами его всё ещё пульсирующий член и слизала остатки спермы, медленно, тщательно, не сводя с него глаз. Потом поднялась, поправила сарафан, провела пальцем по щеке, собирая сперму, и облизала палец.
— Спасибо за кофе, — сказала она с усмешкой.
И пошла к выходу, не умываясь. Сперма блестела на её лице, пока она открывала дверь и выскальзывала в подъезд. Олег остался стоять посреди кухни, слушая, как в ванной затихает вода.
Дедушка-сосед