Я лег спать позже чем обычно выполнив предварительно просьбу матери, которая еще гремела посудой на кухне, но как только погас свет в моей комнате падавший в прихожую, она прекратила возиться на кухне и скрылась в ванной, как она это делала обычно перед тем как лечь спать, моясь там и облачаясь в ночную сорочку. От впечатлений прошедшего дня я не мог долго заснуть и слышал, как минут через двадцать мать вышла из ванной и погасив везде свет, шлепая босыми ногами прошла в мою комнату, закрыв за собой дверь. Пробравшись в темноте до моей кровати, она приподняла одеяло и попросила меня подвинуться.
- Ты стал только на половину мужчиной, взяв меня сзади – интимным голосом зашептала она мне в лицо, прижимаясь к моему голому торсу своим мягким голым телом, сбросив с себя халат перед тем, как лечь на кровать – давай теперь становись настоящим мужчиной. Я тоже сильно хочу, я уже так давно не кончала. Только постарайся в меня не кончать, вытаскивай, кончай мне на письку, я помогу тебе рукой.
Мою попытку перевалится на неё лежащую на спине с широко разведенными ногами, она остановила шепнув, что так сразу не делают мужчины. Управляя моей рукой и горячо шепча она наставляла меня, что я должен делать, до того как проникну в неё, начиная с её грудей с отвердевшими сосками от моих ласк, поцелуев в засос с игрою языков и заканчивая проникновением пальцев в её глубокую щель между мягких волосатых половых губок, ставшую влажной от моих прикосновений к её клитору. Прикоснувшись к моему упругому члену, она была откровенно удивлена зашептав.
- Когда же он у тебя такой вырос, он же больше чем … - она запнулась, потом добавила – странно что я вчера его не почувствовала в себе.
- Больше, чем у дяди Пети? – съязвил я.
- И у твоего отца тоже – без обиды ответила она.
Мать со сбившимся дыханием и тихими стонами объяснила, что сигналом для ввода члена во влагалище служат участившиеся подмахивания руке ласкающей клитор, в то время как сама уже высоко приподымала задницу в такт моей руке. Я занял место среди её широко разведенных ног, в сопровождении её ласкающих, торопливых и слегка дрожащих рук. Припав к моим губам приоткрытым ртом она засосав их в себя, при этом торопливо рукой проведя по расширившейся горячей и скользкой щели направила мой окаменевший член в свое изнывающее похотью влагалище, обдав его там приятным теплом. Мать сладострастно застонала, когда мой член стал медленно проникать в неё под нашим обоюдным давлением. Головка члена достигла дна влагалища и мы стали в такт качать прижимая ее к дну еще сильнее, а стоны матери усилились в ритм нашим движениям.
Теперь мне приходилось впиваться в её мягкие губы, чтобы приглушить её нарастающие стоны. С каждым нашим качком тело матери начинало напрягаться, а я на основании члена стал ощущать заметно участившиеся сокращения влагалища. Вскоре мать высоко подмахнув мне, напряглась всем своим телом, застыв, её влагалище забилось на моем члене, а дно влагалища запульсировала щекоча головку члена, при этом мать уже не стонала, а взвыла от охватившего её тела блаженства. Я попытался вытащить задергавшийся член уже начинавший извергать потоки спермы глубоко внутри матери, но она с силой держала меня за ягодицы притягивая на себя. Обоюдный всепоглощающий оргазм на удивления был продолжительным и мощным выжав из наших тел все силы. Мать рухнула подо мной опустив ног, которые она по инерции, не помня себя приподняла,
Синдикат. Часть 1. Капкан для Тамары