Когда поднимались по лестнице уже к своей квартире, Максим, идя сзади Марины, снова стал любоваться ножками мамы. При каждом шаге, туфельки давали о себе знать, каблучок отрабатывал своё сполна. И без того стройные ножки Марины, приобретали ещё большую сексуальную рельефность, а короткая юбка всего этого даже и не старалась скрыть. В штанах Максима снова начал набухать член, и парень возвращался домой в предвкушении мастурбации перед сном.
Открыв ключом дверь, Марина зашла в прихожую, и включив светильник, поставила сумочку на тумбочку перед зеркалом. Максим вошёл следом и закрыл входную дверь.
Женщина стояла, опершись ладонями о тумбочку, и рассматривала себя в отражении зеркала. Она скосила глаза и через зеркало взглянула на сына. Максим ещё не стал разуваться, а возился у входной двери проверяя замок.
- Сынок, ты что, ещё хочешь? – улыбаясь, Марина смотрела на отражение сына в зеркале, а именно на то, как топорщатся его брюки в области паха.
Максим смутившись, глянул вниз. Он даже не заметил того, что член просто стоит параллельно полу, из-за того, что брюки довольно свободны, да и трусы не сильно облегающие. Видимо поза Марины у зеркала тоже сыграла с её сыном злую шутку. Женщина стояла с прямой спиной, слегка наклонившись к зеркалу, ножки были прямые и немного расставлены в стороны. А не снятые ещё туфельки, создавали очень сексуальный профиль ног. Сквозь тонкую ткань блузки торчали остренькие сосочки, которые не помогали скрыть даже накладные карманы на груди.
Марина продолжали вопрошающе смотреть на сына.
- Ну,… немного да, - еле слышно произнёс парень, покраснев при этом как варёный рак.
Марина одной рукой открыла свою сумочку, которая стояла прямо перед ней, и немного поковырявшись внутри, достала из неё один презерватив в упаковке.
Повернувшись к Максиму, Марина протянула ему презерватив и тихо и ласково произнесла:
- Надевай! – с этими словами, Марина, пальцами свободной руки нашла пуговицу на поясе юбки, и расстегнув её, одним движением скинула юбку с себя, оставшись перед сыном только в блузке и туфельках.
Такое поведение матери, вызвало ещё большую волну возбуждения у Максима, и его член начал рваться вверх, пытаясь прорвать неподатливую ткань брюк и трусов.
Положив юбку рядом с сумочкой на тумбочку, Марина стала неспешно расстёгивать пуговицы на блузке, освобождая возбуждённые соски от скрывавшей их ткани.
Максим во все глаза рассматривал обнажённую мать. Его глаза скользили по ногам и гениталиям женщины, уделяя особое внимание лобку и половым губам, видневшимся под полоской волос. Сделав пару шагов в сторону матери, Максим встал перед ней, и расстегнув пуговицы на брюках, спустил их вниз вместе с трусами. Затем, вынув презерватив, парень приложил его, к уже оголённой от сильного напряжения, бордовой головке своего члена, обильно покрытого смазкой. Быстро расправив резинку на эрегированном органе, Максим обнял Марину за талию обеими руками, и приставив член к её промежности беспрепятственно скользнул в истекающую соками вагину матери.
Присев на невысокую тумбочку, Марина приподняла ножки вверх и обхватила ими сына, скрестив лодыжки на его попе. Максим совершал поступательные движения, входя в мать. Он не вынимал член из женщины полностью, как это делал Денис, он долбил Марину, погружая в неё свой ствол на всю длину и вынимая только наполовину. Марина обнимала Максима за шею руками, помогая ему своими скрещенными ногами глубже входить в неё. Максим с бешеным темпом трахал свою мать. Наконец то он делал то, что всегда хотел на уровне подсознания. Он постоянно смотрел на её вызывающие сексуальные желания формы, но до сегодняшнего дня была масса сдерживающих психологических факторов, а на Дне рождения тёти Наташи,
Дневник моей мамы