туда же! Я противница принуждения в извращённом виде, Зин. Если такое неизбежно, лучше сама дам без скандала. Быстрее отстанут. Проверенный способ. С такой фигуркой, как у тебя, Зинуль, ещё будет возможность убедиться в этом когда-нибудь. В командировках всякое случается.
– Представить себе не могу, что чужой мужчина когда-нибудь может принудить меня к сексу против моей воли. А с тобой действительно такое было, Томочка? Расскажи, дорогая. Как ты это пережила. Этот тип был с тобой один?
– В том-то и дело что не один. Я тогда впервые поняла, что и при изнасиловании есть для женщины грешная сладость. Иначе я бы не кончала под каждым из них. Ненавидела этих мерзавцев и на зло себе хотела каждого. А что я могла сделать одна с тремя парнями. Они были порядочно поддатыми и мне насильно влили в рот водку. Потому так спокойно воспринимаю всякое принуждение от Натальи. Даже хочу этого от неё для себя. Затем и позволила ей себя в тот злополучный вечер, когда меня разобрала тоска по покойному мужу.
– И больше ты с ними не виделась? – С отчаянием в голосе произнесла Зинаида, поглаживая грудь своей партнёрши.
– Честно скажу, доченька, виделась и не раз, а позволяла себе это в своё удовольствие до конца командировки, а как же? Презики я уже не требовала приносить, климакс меня уже не сильно заботил, возникновения беременности было маловероятным. Хотя и было мне под сорок пять. Выглядела тогда я моложе и ребята меня ценили за безотказность и не обижали грубостью. Впрочем, учудили эти дураки напоследок. Завтра возвращаться на поезде домой, а они звонят мне на предприятие и просят попрощаться у них на квартире. Я и не ждала от них подлянки. Думаю, отчего не встретиться в последний раз. Прихожу по оговоренному адресу, а там пацанёнок лет тринадцати – четырнадцати с ними сидит. Что за фигня спрашиваю, это ещё зачем? Мы так не договаривались, чтобы под мальчонкой ноги раздвигать без моего согласия. Оказалось, что парнишка младший брат одного из них. Просят меня не возникать, чтобы не насиловать меня вновь, как в первый раз. Говорю им, у меня сын ему ровесник, что ж вы меня перед мальцом позорите охломоны. Надо же ему мужиком становиться с кем-то. Дай Витьке первому, мы его и проводим домой. Налили мне полстакана водки для разгона, я приняла сначала водку, потом этого Витюшку. Хлопот с ним было поболее чем с остальными, но мне уже было всё равно. Ласковый оказался парнишка, расстраивался только, что уезжаю завтра.
Вот ведь разговорилась с тобой, такое даже Наталье не рассказывала хотя и спрашивала меня об этом. Но тебе это полезней знать. Ты мне уже совсем, как родная стала, Зинуленька.
Затушив сигареты, любовницы пошли в спальню, и расположились на кровати, раздевшись до нога.
– Командуй, хозяюшка моя. Чем обязана тебе, детонька? Хочешь помилуемся для начала, а могу тебе куни сделать. Всему Наташкой обучена. Умелая она в этом, шельма. Понравитесь друг другу, может и бросишь свою Тамару. Только и останется мне вспоминать тебя, изменщицу.
– Поговори мне, Вадькина сучка! Не брошу тебя и не мечтай. Лижись со своим Вадиком, покуда не позову к себе, – раздражаясь поведала Зина. – Открывай свой рот, хочу поиграть с твоим язычком. Какая у тебя шикарная грудь, Томочка! Ты ей моих деток ещё позабавишь не раз.
– Полагаю, Томик, у твоей мамки тоже видать не малая.
– На её сиськи я моего Сережу определю, добрее бабка станет. У них давнее знакомство, от самого Хабаровска на нижней полке в потёмках