Больше минуты, в полной тишине, при неярком мерцающем свете, исходящим от экрана телевизора, висящего на стене родительской спальни, пролежал Юрий, прижатый своими плечами к кровати подколенными суставами матери, головой между её бёдер, и животом прижавший свой вставший член к простыне. Тишина, которую нарушало еле слышимое его и мамино, тяжёлое, от эротического напряжения, дыхание. Минуту, когда и он, и мать лихорадочно соображали, в какую ситуацию они оба попали и теперь что надо делать дальше, чтоб выбраться из неё. Испуг, удивление, неловкость, нервозность, смешанные с сильным возбуждением у обоих.
Стоящий член Юры, прижатый животом к кровати, отчего парень боялся пошевелить тазом, чтоб моментально не кончить, потеревшись залупой о простынь. Лёгкая дрожь в бёдрах мамы, которую он чувствовал кончиками ушей, касающимися их внутренних сторон. Уткнувшийся ему в зубы гладкий, закруглённый конец искусственного прозрачного силиконового фаллоса, заставил парня чуть приоткрыть губы. Запах, который Юра еле уловил пару дней назад, когда мать целовала его в щёку, перед уходом в университет, ощущался сейчас носом парня в десять, а то и в сто раз сильнее. Прямо перед глазами Юры, в тусклом свете мерцающего экрана, с очень близкого расстояния, сейчас просматривалась мокрая промежность матери, с небрежно свисающими возбуждёнными половыми губами, между которыми был вставлен и углублён внутрь на треть, противоположный конец силиконовой игрушки, над которым виднелся, немного выглядывающий из-под кожаных складок капюшона, клитор. И выше всего этого, сверху над клитором, на её лобке, аккуратный кустик, копна кучерявых чёрных волос, сквозь которую были продеты пальцы, с накрашенным красным лаком коготками женщины, трогающие клитор.
Предательски скрипнула дверь шкафа, со сломленным запором и петлёй.
— Вот это да… Что же ты наделал, Юрка…, - выдохнула мама. – В такой момент…, - простонала она. – Я даже кончить как следует не смогла. Блин. Чёрт!
Услышав томный голос матери, парень хотел было поднять голову и начать оправдываться, но прижатый ко рту конец фаллоимитатора качнулся вверх, вызвав у мамы Юрия ответную реакцию от движения в ней.
— А-а-а-а, - простонала она, - Стой сынок! Не двигайся! – её свободная ладонь легла сыну на макушку, коготки царапнули ему кожу головы. – Хотя… Юрка…, - она тяжело выдохнула. – Можешь продолжить? – и почувствовав лёгкое движение головы сына в качестве согласия, добавила: - Возьми его в рот. Держи губами. Помотай головой. Не сильно. Вот так! Ещё! Теперь вперёд-назад. Ага! Смелее сыночек. Смелее. Трахай. Трахай свою мамку этой штукой. Держи её ртом и трахай. А-а-а-а! Всегда хотела так! Юрка! Умничка! Ты прелесть! Ёу-у-у-у! – задрожала всем телом мать Юры, громко выкрикивая всякие гадости.
Как потом, намного позже, она призналась сыну, мать в тот раз испытала самый бурный в её жизни оргазм. Поэтому не мудрено было, что как только Юра, продолжая держать во рту искусственный фаллос, видя оргазм матери, отпрянул головой назад, тут же его лицо оросил маленький фонтан из приоткрытой щели между ног матери. Испугавшись, не зная до этого момента что такое сквирт, Юра моментально разогнулся полностью, скинув со своих плеч обессиленные ноги мамы, встав торсом вертикально, продолжая стоять упираясь коленями в кровать. Искусственный фаллос при этом вставании, выпал из его рта, упав на кровать рядом с ним.
Несколько секунд замешательства, и медленно открывшая глаза мать, томным взглядом прошлась по телу сына. От лица, вниз, остановившись на его крепко стоящем «окаянном отростке».
— Ух ты, Юрка. Вижу у тебя стоит на маму? Не осуждаешь? – оставшись упираться попой в кровать, мать привстала, и её тело тоже оказалось в вертикальном положении. Приподнявшись, и держа ноги, согнутые
Натурал-вагон бежит качается, скорый поезд набирает ход