Андрей стоял у окна второго этажа дачи и смотрел вниз, во двор. Кто-то из его одногруппников уже возился с костром - трещали спички, вспыхивал огонёк. Февральский воздух был еще совсем холодным, никакого намека на весну. Снег лежал плотным слоем под ёлками и вдоль забора, только у крыльца его уже притоптали до серой каши.
Ему было девятнадцать. Совсем обычный парень. Среднего роста, худощавый, с чуть сутулыми плечами - привычка частого сидения за компьютером, с темными всегда чуть растрепанными волосами. Спокойный, тихий, неуверенный в себе. Почти типичный ботаник. Девушки рядом с ним чувствовали себя спокойно, считая его другом, тем более, что он всегда готов был выручить с конспектами или домашкой. Только Таня почему-то каждый раз выбивала его из этой привычной роли. С ней он говорил больше, чем с кем-либо. И каждый раз после разговора ловил себя на том, что снова ничего не сказал главного.
В гостиной внизу уже вовсю гремела музыка. Кто-то орал тосты, бутылки коротко звенели друг о друга. Группа отмечала конец зимней сессии на даче у Татьяны, которая выбивала Андрея из колеи. В этот раз сдали все. Даже те, кто обычно валился на пересдаче.
Та самая Таня сидела в кресле у камина, закинув одну ногу на подлокотник. Длинные светлые волосы она собрала в небрежный хвост, несколько прядей выбились и лежали на шее, мягко касаясь кожи. Когда она смеялась, большие серые глаза становились ещё красивее, будто в них на миг отражалась все ее красота. Андрей знал эти глаза слишком хорошо. Вот уже полгода он смотрел в них на парах, в столовой, когда она наклонялась к тетради. Смотрел и молчал.
Они познакомились еще в самом начале первого курса, но поначалу Андрей не воспринимал ее как девушку, тем более, что в то время, как он слышал, у нее был парень, который учился в другом городе. Все изменилось после первых летних каникул, когда они оказались на втором курсе. В один из сентябрьских дней они сидели рядом на потоковой лекции. Он обратил внимание, что во время пауз она постоянно что-то черкала на полях. Парень с любопытством посмотрел, что она рисует маленьких котов, и тихо прошептал, улыбнувшись: «Почему у тебя все коты с разными ушами». Она подняла на него взгляд - эти самые серые глаза, которые он теперь не мог забыть, и едва заметно усмехнулась. В столовую они пошли уже вместе.
Оказалось, что у них очень много общих тем. Оба любили старое кино, классическую литературу и гулять под дождем. Они могли часами спорить о том, есть ли жизнь где-то в глубоком космосе и философствовать на взрослые темы, которые сами-то до конца еще не понимали. Их бесили очереди в столовой, долгое ожидание автобуса до универа и еще много вещей, которые не были идеальными. Иногда при прощании она легонько касалась его плеча, и Андрей потом ещё долго носил в себе это прикосновение - тёплое, почти невесомое, но такое важное для него.
Он почти сразу понял, что влюбился. Но чем дальше, тем сложнее было для него признаться и что-то поменять. Вдруг это невзаимно, и тогда он потеряет даже то, что есть. Парень знал, что Таня уже давно свободна, но все равно не мог сделать этот шаг. Иногда даже их разговоры, как будто случайно, сами подходили к этой теме. И в эти самые моменты слова у Андрея застревали где-то в горле. Он просто смотрел на неё и молчал. Или менял тему.
Но сегодня все будет иначе. Хватит держать эти чувства в себе, хватит смотреть, как она смеётся
велоспуск