волосы. Я смог выпрямиться, по-прежнему оставаясь на коленях, и придвинулся поближе - так, что мой давно изнывающий, деревянный, как палка, член оказался всего в нескольких сантиметрах от милой маленькой щёлочки сестры.
Кира раздвинула коленки ещё шире и подалась ко мне попкой, сдвинувшись ближе к краю дивана. Её мокрая, блестящая от соков киска просто умоляла о проникновении.
Она снова подняла ноги вверх, обвила лодыжки руками и так удерживала их - широко разведёнными в стороны, чтобы парням с камерами была превосходно, со всеми подробностями, видна её промежность. Думаю, она, как и я, тоже получила инструкции о том, насколько эротично должна выглядеть идеальная съёмка студенческой порно-вечеринки.
Я ухватил вздрагивающий, каменный до ломоты член и направил его прямо внутрь заветной сокровищницы - узкой и тугой норки моей младшей сестры. Чёрт, как же приятно её тесные стенки обжимали проникающий внутрь ствол!
Лихорадочно тараня шелковистую теплоту киски Киры, я понимал, что у меня нет ни малейшего шанса по-настоящему "красиво" оттрахать её перед камерами. Она тоже это поняла и вновь начала задыхаться, когда совсем скоро на неё волной обрушился повторный оргазм.
Сперма, которая весь вечер копилась внутри меня, неудержимо устремилась наружу из раздутых яиц. Кира судорожно схватила меня за руку, и наши пальцы переплелись. Усилием воли я всё же сумел отклониться от её промежности, чтобы камерам было видно, как я продолжаю трахать её, касаясь при этом тела сестры только своим мокрым, неутомимо долбящим хуем и нашими крепко сцепленными руками.
Я чувствовал: ещё несколько коротких мгновений, и меня накроет оргазм, самый сильный в моей жизни. И я знал, что должен был выйти из неё и дать толпе вокруг нас увидеть, как я кончаю на Киру. Такая яркая финальная концовка должна была стать красивой "вишенкой на торте".
Но... я просто ничего не мог с собой поделать. Какой-то дикий, первобытный инстинкт оплодотворения буквально переклинил мой мозг.
То, что было заранее прописано в сценарии, просто не могло случиться. Внезапно, здесь и сейчас, для меня стало жизненно важным извергнуть горячее братское семя в свою младшую сестру.
И я сделал это.
Я вонзился в Киру так глубоко, как только мог, и замер. Я чувствовал, как поджались яйца, и через секунду-другую мой запульсировавший хуй начал извергать горячую сперму, порцию за порцией, глубоко в её лоно. Напрягая мышцы и пытаясь протолкнуться ещё глубже, я наполнял своим семенем сосуд, которым в этот миг была моя любимая сестрёнка.
Кира тоже кончила, одновременно со мной, глядя мне в глаза и сжимая мои руки судорожной хваткой, пока её тело извивалось и содрогалось в нашем любовно-родственном соединении. И никто из толпы вокруг не подозревал, что этим вечером мы с сестрой стали ГОРАЗДО ближе, чем когда-либо.
Обе камеры запечатлели крупным планом всё: как её истекающая соками киска сжималась вокруг моего загнанного в неё до отказа ствола, как подёргивался член, орошая её тесную девичью вагину горячими, липкими струями спермы, и как почти одновременно мы испытали невероятный двойной оргазм.
Никогда в жизни я не чувствовал себя таким полностью опустошённым. И никогда раньше ни я, ни моё тело не ощущали такого абсолютного, всепоглощающего кайфа.
Обессиленный и счастливый, я отпустил её руку и отлепился от тела сестры. После недолгого, но супер интенсивного акта нашей взаимной любви её кожа была покрыта мелкими бисеринками пота.
Оба оператора подались вперёд и, вытянув руки, приблизили свои камеры, снимая крупным планом её мокрую и хорошо оттраханную, но по-прежнему такую красивую киску.
Ноги Киры были расслаблены, оставаясь широко раздвинутыми, и она сделала парням (и, естественно, всей толпе, сгрудившейся вокруг нас) одолжение, нежно потерев пальцами киску, отчего из
Фантазия о незабываемом