— Это вариант мне не слишком подходит. Может, есть какая-то альтернатива? – на всякий случай уточняю.
— Есть. Но давай вернёмся к этому вопросу чуть позже.
Не настаиваю, рассчитывая получить исчерпывающий ответ в ближайшем будущем. Как-никак, у Таркиса свои приоритеты, а у меня – свои. Мне необходимо избавиться от Диона, в то время как шоранцу гораздо важнее добраться до Риза.
Когда добираемся до дворца, провести полноценную проверку не выходит. Таркис чувствует, что по ту сторону стены есть какие-то магические ловушки, но какие именно, определить не может. Вслух шоранец этого не говорит, но и без слов понятно, что озадаченный колдун пока не знает, что делать дальше. Переть напролом, не зная наверняка, что нас ждёт, очень опасно. Со стражей вряд ли возникнут проблемы, но ведь дворец наверняка ещё и маги охраняют. Как минимум один колдун там точно есть. Тот самый, что забрал Риза у Селима. От боевой проекции в этот раз никакого толку не будет. Дворец довольно большой, а каждое использование магии сильно сокращает время существования проекции. Мне или Таркису просто- напросто не хватит времени, чтобы всё там обыскать.
Внезапно выход из непростой ситуации предлагает уже знакомый голос в голове. Вновь напомнив о себе, тень шепчет, что получив разрешение, может ненадолго покинуть моё тело, быстро и незаметно пробежаться по дворцу, и отыскать того, кто так нужен Таркису. Звучит сомнительно. Вот только ничего лучше придумать всё равно не удаётся. В ходе короткого мысленного диалога, поясняю, что необходимо именно всё разведать, а не убивать всех, кто встретиться у неё на пути. Тень обещает не причинять никому вреда, после чего получает моё согласие. Как только потусторонняя сущность отделяется от меня, и устремляется к стене, появляется ощущение, будто меня резко раздели, забрав не только всю одежду, но и что-то гораздо более ценное и важное. Странно. Лишившись сил, ничего подобного я не ощущала. Наверное, потому что запечатанная Таркисом сущность по-прежнему оставалась со мной. Сейчас же всё ощущается иначе. Чувствую себя птицей со сломанным крыльями или человеком, которого разлучили с кем-то, кто был ему очень дорог. Умом понимаю, что ничего ужасного на самом деле не произошло, но приходится приложить определённые усилия, чтобы совладать с нахлынувшими эмоциями. Неприятно это осознавать, но, похоже, я была не права, сравнивая тень с блохой, прицепившейся к собаке. Эта сущность действительно часть меня, и ничего с этим не поделаешь.
Вскоре начинаю чувствовать головокружение и неприятное покалывание в висках. Потрогав нагревшуюся макушку, спешу отойти в тенёк. Ничуть не сомневаюсь, что всё дело в сущности, решившей немного прогуляться. Это она делала меня выносливее. Раньше я могла хоть часами спокойно днём разгуливать по пустыне, а сейчас, не проведя на солнцепёке и десяти минут, вот-вот от солнечного удара свалюсь. Слабачка. Заметив, что мне поплохело, подошедший Таркис заботливо протягивает фляжку. Сделав из неё пару глотков, оставшуюся воду выливаю на голову, от чего начинаю чувствовать себя намного лучше.
— Уже решила, куда отправишься после того как разберёшься со своими проблемами? – интересуется шоранец.
— Нет. Пока ещё даже не думала об этом.
— Если не надумаешь, могу кое-какой вариант предложить.
— Скорее всего, надумаю. Но ты всё равно предложи. Вдруг твой вариант окажется лучше.
Таркис рассказывает, что после окончания войны он и его соплеменники, выступившие против императора Талия, перебрались во владения некого дальфарского лорда, и теперь живут в одной горной деревушке. Он расписывает, насколько это красивое местечко, хотя после огромной пустыни красивым покажется любой зелёный луг. Пока слушаю Таркиса, про себя отмечаю, что вариант пусть
Тяжелый случай