украсть, но как воспитанный и честный мальчик я не мог так поступить с другом и принялся выклянчивать. Игорь сначала несказанно удивился мысли отдать что-то родительское, но затем повелся на мои уговоры, что альбом давно никто не смотрит, марки можно сдвинуть и отец даже не вспомнит, что у него была такая. Гоша хитро улыбнулся и начал торговаться. Цена в 20 рублей сразила меня на повал. Месяца за два я, может быть, и насобирал бы столько, но ведь это два месяца! Обещания всегда носить его сумку с кедами, дежурить за него в классе, решать ему контрольные до конца жизни впечатления на школьного товарища не произвели. Он явно наслаждался положением властителя и куражился. Теряя надежду, я отчаянно умолял:-Игореха, я сделаю все-все-все, что ты захочешь.-Что все?-Ну, все, что скажешь.-И пососешь?-Конечно:что пососешь? - я не сразу сообразил, о чем идет речь.-Письку пососешь.-Дурак что ли?-Тогда давай сюда альбом, - Игорь нагло улыбался.-Нет, подожди.Меня терзали сомнения. Сосание члена по установившимся понятиям было самым позорным, что могло случиться с нормальным пацаном. Такие несусветные вещи делали только какие-то загадочные вафлеры. К тому же добавлялись впечатления личного опыта. Когда мне было 9 лет, мой четырнадцатилетний сосед по подъезду уговорил меня взять его член в рот, и я, черт знает почему, обхватил губами его горячую, мокрую головку и пососал. Затем, сообразив, что видимо делаю что-то нехорошее, выплюнул, и, несмотря на страстные и долгие уговоры, угрозы и убеждения соседского парня, отказался продолжать. И вот сейчас Игорь просит взять в рот эту гадость!-Ладно, но только считая до десяти.-Ты оборзел, что ли? Нет, отсосешь с проглотом.Ни за что! Я уже был готов распрощаться с мыслью о серебристой марочке, но у Игоря в трусах видимо задымилось:-Тогда в жопу давай.Такой вариант товарообмена меня устраивал больше. Жопа - не рот, не противно. Пусть сует, если так хочется. Помявшись, я согласился:-Только малофью туда не спускай.-Ладно, обещаю.Леди и джентльмены, дальнейшее нужно описывать в картинах.Картина первая "Пионера ебут в попу".Я встал и, краснея, спросил:-А как?-Что маленький, что ли? Снимай штаны и вставай раком. Иди сюда к столу.Я расстегнул синие школьные брюки, спустил их до колен, затем стыдливо отвернулся и приспустил трусики. Когда я наклонился, металлические пуговицы форменного пиджака лязгнули о крышку стола, и в лакированной полировке отразились короткая челочка, пионерский галстук и мое напряженное личико. Игорь, пристроившись сзади, сразу начал всовывать член. Он пыхтел, сопел, давил, переминался, растягивал попку руками, но никак не мог пробить броню испуганно сжавшейся дырочки.-Подожди, я сейчас, - с болтающимися на коленях трекушками он выбежал из комнаты, а я остался стоять, рассматривая в окно проезжающие машины и прислушиваясь к непривычным ощущениям от холодящего попку и яички воздуха.Леди и джентльмены, оцените прелесть этого живописного полотна. Юный пионер со спущенными до колен штанишками, стоит, выпятив белую, сахарную попочку с нежной розочкой ануса, и ждет, когда школьный товарищ выебет его. 80-е годы ХХ века, холст, масло.Игорь вернулся с куском мыла в руке. Обильно смазав мне дырочку, он снова ткнулся членом:и сразу же провалился по самые яйца. Мамочка моя! От внезапной боли я дернулся, но стол спереди и мальчишка сзади не дали рыбке сорваться с крючка. Я ойкал и поскуливал, а друг, тесно обхватив меня руками, ебал мою попку со скоростью заводного кролика. Едва болезненные ощущения растаяли, и по телу поползли пугающе приятные волны неизведанного наслаждения, как Игорь уже кончил. Совокупление пионеров заняло от силы минуты две. Хотя коварный друг обманул и наспускал-таки в попу, мне, потрясенному новыми впечатлениями, это
Совращенные