действовать. Встала, полотенцем очистила с себя остатки своих выделений, крови и спермы, собрала в комок окровавленную простыню и пошла к себе в вожатскую. Через час, я уже ехала домой в автобусе, оставив на столе директора заявление об уходе. Я никому не рассказывала о том, что произошло в лагере, никогда не слышала и о судьбе детей, поиздевавшихся надо мной. Почему то и в интернете я не нашла ссылок на видео или фото со мной. Через три месяца, я поняла, что беременна. Родители были в шоке. Я даже не думала, оставлять ребёнка или нет. Я ещё тогда, когда в меня только лишь поступала семенная жидкость Влада, и когда я осознала, что наверняка могу забеременеть, решила для себя, что оставлю ребёнка, даже зачатого насильно и подло. Воспитаю его лучшим человеком, чем был его отец. Уже прошло три года, и мои негативные переживания, связанные с тем событием, уже притупились. Я, конечно, помню, как было больно и стыдно, как меня жгли слёзы обиды и страха. Но сейчас, когда мои душевные и тесные раны почти зажили, я уже не так однозначно вспоминаю о тех событиях. Подростки, которые поиздевались и изнасиловали меня, конечно, были негодяями, но такими их сделали их родители или их отсутствие и общество. Похоть, жадность, желание получить незамедлительно всё, что хочется, были характерны для них, так же как и для меня, наивность, педантичность, высокомерие и отсутствие искренней толерантности. За что я и была наказана, пусть даже таким жестоким способом. Когда я остаюсь в тишине своей квартиры, и мой мальчик спит, а на меня накатывают эротические мечты и грёзы, я, синимая напряжение, прокручиваю в голове, снова и снова, те события, представляя, как меня опять привязывают и насилуют несколько мужчин. Так как это был мой первый и единственный сексуальный опыт, то когда я пыталась, иногда, познакомится с очередным мужчиной и он, желая, конечно же, сделать как лучше, был нежен и ласков со мной, меня это отталкивало, не позволяя продолжать отношения. Ожидая от мужчин силы и грубости, я с опаской стала относиться к добрым и отзывчивым представителям сильного пола, думая, что это их маска. Кроме того, я заметила, что мне нравятся только очень юные мужчины, с пушком на губах и возбуждённым блеском в глазах.
Игра на раздевание взрослых людей.