будто душил кровного врага, Эльстану показалось, что его всего засунули в тиски, причём боль со всего тела почему-то сосредоточилась именно в яйцах. Он орал и извивался, рвался из рук палача и Стражей так, что пришлось пригласить ещё двоих. Эльстана уложили на пол, сев на руки и на ноги, и палач, всё это время всё сильней и сильней давивший яйца несчастного, продолжил.Эльстан был уже не в состоянье что-либо соображать, и лишь одна мысль ожгла затуманившийся рассудок будто раскалённым железом: сейчас будет третий удар! Палач, поднятый с постели средь ночи, уж постарается показать пареньку, как на самом деле вредно дрочить. Недаром же Таарег, переживший однажды такую процедуру, к члену не прикасался, даже если тот ныл сильней, чем яйца в руках палача. (А когда Таарегу было четырнадцать, и его, дрочившего, застукали, в Святилище служил палач не чета нынешнему. Того боялись даже Старейшины: во время одной экзекуции палач по необычным движеньям одного из Старейшин понял, что у того стоит и капает. И рванул яйца так, что, очнувшись чрез часок, Старейшина счёл необходимым уйти на заслуженный отдых. Ибо зачитывать приговор писклявеньким голосишкой - весь Совет смешить.)Сходящему с ума Эльстану показалось во время третьего удара, что весь он - одни сплошные яйца, и на каждое назначен отдельный палач. Когда палач, напоследок долбанув так, что мелко задрожал каменный пол, поднялся, а Стражи освободили конечности Эльстана, тот свернулся в тугой клубочек, всхлипывая и стеня, не решаясь больше шевелиться, ибо даже кровоток под кожей пронзал яйца отзвуками адских мук...У Стражей и Старейшин была ещё работёнка: в аккурат пред третьим ударом Эльстану в Святилище доставили двоих парней, шестнадцати и семнадцати лет, застигнутых, когда дрочили друг другу. Старейшины плотоядно потёрли холёные ручки: парни попадались далеко не в первый раз. Палач, надолго успокоивший озабоченного Эльстана, радовался. Двое парней облегчили ему работу: по Уставу Священного Братства парни половину ударов сначала нанесут друг другу - доставляли же удовольствие, пуская теперь причиняют боль. А не причинят... ну, тут уж придётся поработать. А после этого Эльстана и так кулаки болят. Можно вон тисочки из подвала принести - Старейшины возражать не будут. Не возражали же, когда тогдашний палач раздавил яйца нынешнему...
Через девять лет