и сосредоточен так, будто и не подозревает о полагающемся слесарю-самцу гонораре. Жалкий, но типичный пример кретинизма с примесью комплексов и импотенции. Ну, его к черту!В запасе у меня все равно соседняя дверь. Звоню. Олух-перехватчик слишком усердно стучит молотком, мешает прислушиваться. Кроме того, от волнения у меня начинается ломота в висках. Как у начинающего актера. Чего тут больше - негодования, оскорбленного самолюбия или ожидания встречи с той, чьи легкие шаги все-таки слышатся из-за двери. По странному стечению обстоятельств Вероника оказывается дома. Значит, сегодня мой день.Тоненькая тростиночка Вероника - дочь моей дорогой и уважаемой преподавательницы по классу рояля Инги Борисовны, женщины с множеством достоинств, одним и первейшим из которых является роскошный бюст. В отличие от мамы, у Вероники подобного бюста не наблюдается, но других достоинств не меньше. Она радуется мне, как щенок солнечному дню. Бедняжка. Я так редко бываю у них. Я такой нехороший. Я зазнался. Я перестал интересоваться серьезной музыкой. Я забыл своего любимого педагога. Я не проявляю никакого интереса к подрастающему поколению.Вот здесь она не права. В корне. Я испытываю обостренный интерес к племени молодому, проявившийся никак не далее двух месяцев назад, когда Вероника под моим чутким руководством и при моем личном участии лишилась девственности. Правда, нельзя отрицать и последующей позорной халатности наставника молодежи, не проследившего и не направившего должным образом процесс становления либидо молодой феи.Поспешными нежными поцелуями ручек и ножек вымаливаю себе прощение и в знак примирения прошу исполнить на рояле одну из прелюдий Шопена. На выбор.Ее легкие пальчики порхают над клавишами. Я сижу рядом на полу и ласкаю ее ножки. Все выше и выше. Поглаживаю прозрачные коленки. Мягкий бархат ляжек. Дрожит рояль под напором гармоний. Дрожит Вероника под прикосновениями моих жарких ладоней. Мелодия обрывается на подъеме. Вероника кидается мне на шею, судорожно покрывая мое лицо поцелуями. Она делает это неловко, неумело и - от того - так искренне и мило, что я смущен как никогда. Смущение придает сексуальному возбуждению небесно-ангельскую окраску, но никак не препятствует ему. Наоборот.Она так тесно прижимается, что мне с трудом удается распахнуть ее халатик. Еще большие неудобства доставляет мне собственная одежда.Но вот мы обнажены и катимся под рояль. Секс с неопытной партнершей безыскусен, но обладает неоспоримым шармом. Секс с неопытной партнершей пылок, зноен, скоропалителен и очень похож на стометровый забег в паре с всё с тем же пресловутым Карлом Льюисом. Неопытная партнерша еще не отдает полный отчет своим чувствам и ощущениям. Секс представляется ей неким чарующим монстром
Муж в командировке