мать, что он спокойно проживёт пять дней сам, но мать его даже слушать не стала - и Вовке пришлось покориться; так, собственно, он у сестры оказался... А на третий день своего пребывания "в гостях" Вовка решил немножко схитрить - у них по английскому был контрольный диктант, и Вовка еще с вечера начал изображать простывшего: кашлял, чихал, смотрел на Иннку и Игоря "затуманенным" взглядом, а утром, когда сестра дала Вовке термометр, Вовка, улучшив момент, на него подышал - чуть нагнал температуру, и Инна, посмотрев на термометр, разрешила Вовке в школу не идти. Причем, мать так легко обмануть не удалось бы - мать стала бы дотошно исследовать Вовкино состояние и уж наверняка не отошла бы от Вовки, пока измерялась температура, а Инна спешила на работу, и всё прокатило, как по маслу - Вовка остался дома. Ну, и вот.... Инна ушла на работу, за ней, чуть позже, ушел Игорь - он еще работал, и Вовка остался в квартире один. Конечно, это было клёво - не пойти в школу, причем, на самых законных основаниях - с разрешения старшей сестры... и первым делом Вовка, едва за Игорем захлопнулась дверь, не вставая с постели, поиграл с писюном, или, проще говоря, свой писюн подрочил - кончил, что называется, в кулак. Занимался Вовка этим два-три раза в неделю, когда накатывало желание, и занимался он этим везде, где придётся: и в туалете, и в ванной, и в постели... правда, в последнее время желание это - подрочить - стало "накатывать" на Вовку всё чаще и чаще, и уже были недели, когда он дрочил едва ли не каждый день, но Вовка по этому поводу особо не беспокоился - Вовка знал, что у него начинается "переходный возраст с характерной для этого возраста гиперсексуальностью", а значит - всё нормально; что такое "гиперсексуальность", Вовка вычитал в словаре; и еще Вовка знал - прочитал об этом в журнале - что "мастурбация в переходном возрасте, и особенно в период гиперсексуальности, не только безвредна, но даже необходима, поскольку она является единственно доступной для подростков естественной формой сексуальной разрядки", и потому никаких сомнений по поводу собственного самоудовлетворения у Вовки не было... короче, в удовольствии Вовка себе не отказывал. Ну, и вот: оставшись один, Вовка первым делом подрочил писюн; потом, натянув трусы и не вставая с постели, немного посмотрел телевизор, щёлкая пультом, но там ничего интересного не было, и Вовка врубил музыку - Инне и Игорю на свадьбу среди прочих подарков подарили музыкальный центр.... и тут вдруг как-то само собой неожиданно выяснилось, что заняться ему, Вовке, по большому счету нечем, - он даже не ожидал, что такое вообще может быть; дома он какое-нибудь занятие обязательно нашел бы, а "в гостях"... чем заниматься человеку, когда он в гостях? То-то и оно, что нечем... бесцельно слоняясь по квартире, Вовка совершенно случайно наткнулся на Иннкину юбку, и мысль... мысль эту юбку на себя примерить пришла к Вовке совершенно внезапно, и вовсе не потому, что Вовка эту мысль вынашивал или каким-то образом ему, пацану, эта мысль была близка, - отнюдь! Мысль у Вовки возникла внезапно, и Вовка, не видя в этом ничего зазорного и воспринимая это как от нечего делать игру, тут же, сняв шорты, напялил перед зеркалом Иннину юбочку на себя... блин, он даже не ожидал, что выйдет так классно! - из зеркала на него смотрел симпатичный вихрастый пацан в короткой юбочке, и Вовка, глядя на себя в зеркало, дурашливо покрутил попкой,
Кошачьи страсти