этим он и ушёл. Остаток дня она провела в безделье, ни чего не хотелось делать, да и делать дома было не чего, поэтому она просто отдыхала. На следующий день пришёл врач психиатр. Опросив её и осмотрев он поставил диагноз АГОРАФОБИЯ. Она у него спросила в ужасе: — Теперь я ни когда не смогу выйти на улицу? — Нет, что вы, — успокаивал её врач, — Сейчас это всё лечится, я назначу вам лекарства, буду вас вести. И месяца через два-три, я думаю всё встанет на свои места. — А раньше не получится? — с надеждой поинтересовалась Ирина. — Может и раньше, но может и позже. Здесь ни кто вам не сможет точно сказать срок излечения.Ирина задумалась, ведь эти два три месяца надо прожить, с работы её точно уволят, придумают причину, ведь работников находящихся на больничном нельзя увольнять.Врач открыл ей больничный, оставил список лекарств и ушёл пообещав зайти через пару дней.Проводив врача, она позвонила на работу и объяснила шефу ситуацию в которую она попала. К её большому удивлению, шеф выслушав не стал юлить что б она из его слов сама сделала вывод, что ей нужно уволится по собственному желанию. Он наоборот попытался её ободрить словами «Если лечится, значит вылечат», а пока она не может ходить на работу, то пусть из дома по интернету ведет их бухгалтерию, это было уже реальное ободрение делом. Она тут же согласилась. Бухгалтерию она знала, с неё начинала. Он сказал что с курьером он пришлёт ей необходимые документы, и пусть она сразу принимается за работу. Деньги за работу начислялись ей на кридитку, так что финансовый вопрос отпал. Она попросила что б он не с курьером прислал документы, а с Машей, её подругой по работе, та заодно привезёт ей лекарства выписанные доктором. Маша была не то что бы её близкой подругой, у них просто были хорошие отношения, и та не отказала в просьбе привести лекарства и документы. Маша приехала, привезла всё что её попросили. За чашкой чая Ира обратилась к ней с ещё одной просьбой, купить продуктов. Пока не приедет сын, для неё этот вопрос тоже стоял остро. Маша согласилась и на эту просьбу. До приезда сына оставалось две недели, раз в два-три дня Маша заезжала к ней с продуктами и ещё чем-нибудь, что заказывала Ирина. Но чем дальше, тем больше Ирина видела что такая забота напрягает Машу. Она стала стараться ни чего лишнего не просить, и звонить только в крайнем случае.Когда приехал сын, у неё как будто гора упала с плеч. Теперь небыло нужды обращаться за помощью к посторонним людям. Сын ни когда ей неперечил, у них были очень дружеские отношения. Сам по себе он не был хулиганом, был тихим, спокойным. Поэтому когда мать рассказала что с ней случилось, он сказал что ни чего страшного, он здесь и всё что нужно он сделает, а она пусть лечиться и ни о чём не беспокоится. Друзей у него небыло, поэтому он мог всё, свободное от учёбы, время уделять матери. А друзей у него небыло потому что, все его сверстники любили «ходить по лезвию ножа», на грани криминала, кого-то из них уже поставили на учёт, кто-то был уже совсем близок к этому. В общем он от них отгородился так, что дальше приветствия с ними дел ни каких не имел. С тех пор как он вернулся с лагеря, вся связь матери с «внешним миром» шла через него. Он возил и привозил
Мама друга