ты попадаешь в большое помещение, посередине которого стоит, что-то типа русской печки, с различными к ней пристройками, за ней широкие нары застланые чистыми одеялами и подушками наверное на человек пять - шесть, как мне показалось. Именно деревянные нары, кроватей не было как таковых. Еще в огромной комнате были разные сундуки, скамейки по бокам деревянного стола стоящего около печи, на печи был огромный бак, из него шли трубы одна к баку на полу, а вторая к рукомойнику с краником. К баку наверху вела лестница, видно для того, что-бы таскать сюда воду. В доме было два окна, одно выходило на дорогу ведущую к дому, а второе на поляну где стоял навес. На окнах не было никаких занавесок. Но что меня поразило больше всего, это то, что в доме была особая чистота, несмотря на большую кладку дров лежащую вдоль печи, массу разных видавших виды тазиков, ведер, веников, вязанок трав и прочей утвари. Пол просто сиял от чистоты и очень вкусно пахло разными травами. В избе хлопотала теткина дочка Сюта (от имени Аксенья), готовила еду. А в углу около этих самых нар сидела девченка моего возраста и читала книгу, насколько я мог понять, учебник. Вокруг на маленьком столике лежали ручки с тетрадками. Все увиденное никак не связывалось в моей голове - одна комната, внутри дрова как в сарае, куча ящиков как на складе, на окнах нет занавесок и где я буду жить, спать... Мои размышления прервал жесткий голос тетки - "Сергей, сразу скажу, ты как тут мужик, будешь таскать воду в бак для мытья, и заготавливать дрова, больше ничего нам от тебя не нужно, надоест бездельничать сам попросишь работу, спроси у Маши, она тут уже почти год живет, так что пока еда не готова за работу". Мне это ужасно не понравилось, но делать нечего, и с обидой и тоской по теплой, беззаботной московской квартире, я поплелся выполнять указания этой непонятной мне еще женщины. Пока я носил воду в бак голод уже не давал мне покоя, в глазах начинало темнеть от запахов исходивших от горшков в которых варилась еда, судя по обалденному запаху мясо с капустой. Так что не успел я наполнить бак водой, как набросился на уже стоявший на столе ужин. Все сели за стол и принялись за еду. За ужином все и познакомились ближе. Дочь тетки Сюта, лет тридцати трех от роду, была больна, она как-то медленно двигалась, почти не говорила, мне сначала даже показалось, что она немая. В отличие от мамы она была меньше ростом, немного горбилась, и голова ее была сплошь седая. Единственная радость для меня это была Маша. Девченка моложе меня на год, смешная, с бантом на голове и круглыми глазами, которые пожирали меня откровенным взглядом все время пока мы ели. Девченка, как оказалось, тоже временно живет у Арины и когда собирается уезжать никто не знает. Все здесь при деле, у всех есть свои обязанности по дому, а что касается промысла, то здесь как кто хочет, мне было сказано - хочешь работу найдешь, вместо развлечений, которых тут нет, никаких. Хотя как оказалось, они нашлись, но все по порядку. Поужинав, и почуствовав волну усталости, я мысленно стал представлять себе порядок вещей в этом доме, где здесь туалет, где и когда я лягу спать, есть ли здесь радио и книги? Не дожидаясь на мысленно поставленные самим себе вопросы тетка говорит: - "Пойдем Серега удобства покажу" - и не дожидаясь ответа встала из-за
На дне рождения