большой роли это не играло, потому как важны были чувства, а не слова, и тем не менее, прижимаясь всем телом к Димке, Расим подумал, что надо всё-таки уточнить - надо ему, Д и м е, подсказать... он уже хотел это сделать, но в этот момент Димка снова - словно дразня Расима своим непониманием - страстно, порывисто выдохнул:- Я люблю тебя, Расик! Люблю!- Но любовь... это ведь все равно, что дружба - настоящая дружба... да? - проговорил Расим, невольно выделяя голосом слово "настоящая".- Да! Всё равно что дружба - настоящая! - словно эхо, отозвался Димка, так же, как Расик, выделив голосом слово "настоящая"; конечно, Димка мог бы сейчас сказать, что в мире, насквозь пронизанном ложью и лицемерием, любовь, чтоб спасти-уберечь себя от пошло-усредненных, для обуздания паствы предназначенных представлений, порой может или даже бывает вынуждена маскироваться - называться н а с т о я щ е й дружбой... но ведь суть от этого не менялась! Любовь... или дружба - настоящая дружба... разве всё это не синонимичные понятия, наполняемые одним и тем же содержанием - страстью, нежностью, упоительно-сладким сексом?"Настоящая дружба - это любовь" - подумал Расим; "ну, то есть, любовь - это дружба... так будет правильней" - сам себя тут же поправил Расим, прижимаясь всем телом к телу Д и м ы, - теперь для него, для Расима, всё стало понятным, всё встало на свои места: если слово "любовь" Расима чуть-чуть напрягало, то слово "дружба", наоборот, наполняло сердце горячей радостью... да и как Расиму было не радоваться? Он страстно хотел подружиться с Д и м о й, и... это желание осуществилось - они стали не просто друзьями, а стали друзьями н а с т о я щ и м и... самыми-самыми настоящими! Как ему, Расику, было не радоваться?Руки Д и м ы скользнули вниз, - Димка вновь обхватил ладонями сочно-упругие половинки Расимовых ягодиц, легонько сдавил их, стиснул, одновременно с этим разводя, раздвигая в стороны... елы-палы... так классно - так упоительно классно! - всё получилось, и... из-за какой-то долбаной смазки... как он, Димка, мог упустить это из виду?!- Завтра куплю вазелин... и - в попу... друг друга... да? - прошептал Димка, касаясь подушечкой пальца туго стиснутого девственного входа. - Расик... в попу - друг друга... ты хочешь?- Как голубые? - едва слышно засмеялся Расим, непроизвольно дёргая мышцами сфинктера - конвульсивно сжимая, от удовольствия стискивая и без того сжатый-стиснутый вход.- Как друзья... как настоящие друзья! - отозвался Димка, чувствуя, как отзывчиво, жарко играют под пальцем мышцы Расимова входа. - Расик... ты не ответил на мой вопрос!- На какой вопрос? - чуть помедлив, отозвался Расим, то ли действительно не поняв, о чём его Димка спросил, то ли делая вид, что не понял... во всяком случае, в голосе Расима прозвучала одновременно и искреннее, и, как показалось Димке, вместе с тем весёлая, от ответа уходящая хитрость.- На такой вопрос... - подражая интонации Расика, произнёс-прошептал Димка, одновременно с этим целуя Расима в ухо. - Я спросил тебя: в попу друг друга... хочешь?- А ты? - прошептал Расим, чувствуя, как жаркого Д и м и н о г о дыхания, от кругами скользящего между ягодицами Д и м и н о г о пальца у него, у Расима, по телу побежали сладостные мурашки.- Я хочу... - прошептал Димка, шевеля жарко пышущими губами у самого-самого
Как я стал "женщиной"