только слегка постанывала. Сделав 20 шлепков, Лариса сказала:- У меня уже рука болит шлепать, Василиса, а ну ты попробуй!Василиса заняла место Ларисы и продолжила шлепать Марию по попе. Василиса сделала еще 20 шлепков. Лариса, сидевшая на соседней койке сказала:- Теперь моя очередь! А ну, Маря, ложись-ка ко мне на колени!Мария встала с кровати и легла животом на колени Ларисы. Ноги и руки Марии продолжали свисать на пол. Лариса снова начала шлепать Марию по попе. После нанесения еще 30 шлепков экзекуция закончилась. Мария встала и принялась одеваться. Медсестры обошли все койки, прощупали все наволочки и пододеяльники, и не обнаружив, ничего интересного, сказали Марии, чтобы та шла на субботник, если, конечно, та не хочет, чтобы они донесли высшему руководству про ее проделки. Мария ушла. - Выключите капельницу, я больше не могу, - взмолилась Аня. Ее лицо покрылось холодным потом и она начала терять сознание. Медсестры выключили капельницу и дали понюхать ей нашатыря. - Я же говорила, что не очень хорошо переношу глюкозу, у меня панкреатит, - проговорила Аня.- А Ирина Петровна знает об этом? – спросила Василиса.- Да, она в курсе.Тут в палату вошел Иван Петрович:- Что здесь происходит, кому плохо?- Ей, - сказала Василиса, указывая на Аню, - Ирина Петровна назначила ей капельницу с глюкозой, а она плохо ее переносит, поскольку у нее панкреатит.- Сейчас разберемся, - сказал Иван Петрович и вышел из палаты. Через пять минут он вошел с личным делом Анны Чеховой. Вместе с ним вошла Ирина Петровна. Иван Петрович спросил:- Вы в курсе, что у Анны Чеховой хронический панкреатит?- Да, я знаю об этом, - ответила Ирина Петрова.- А вы в курсе, что глюкозу нельзя капать в таком количестве, поскольку поджелудочная железа не успевает вырабатывать достаточное количество инсулина, чтобы уменьшить концентрацию сахара в крови?- Я … Я как-то об этом не подумала, - сказала Ирина Петровна.- Я не держу личное дело всех пациенток в голове. Она мне что-то говорила про это, но я ей не поверила. Пациентки часто обманывают! – стала оправдываться заведующая.- Значит она еще и предупреждала тебя, а ты все равно никак не прореагировала?! – вскипел Иван Петрович. – Так я хочу видеть вас через 15 минут у себя в кабинете.Иван Петрович вышел из палаты. За ним вышла Василиса и Ирина Петровна. В палате остались лишь Аня и Лариса.Первой из субботника пришла Люда. Она весело влетела в палату и рухнула на свою койку. Она сразу обнаружила, что на ее кровати нет подушки, и стала удивленно озираться по сторонам.- Ты случайно не это ищешь, Людочка, - сказала Лариса, протягивая ей подушку.Люда взяла подушку руками и продолжала стоять в оцепенении. Лариса достала из кармана обертки от конфет:- Это тоже твое, не так ли?Люда грустно опустила глаза. А потом ответила:- Да, мое.- Ты знаешь, что в больнице запрещается есть сладкое?- Да.- А ты знаешь, что бывает с теми, кто нарушает запреты?- Да.- Тогда раздевайся.Люда не спеша сняла с себя рубашку и штаны.- Полностью, - скомандовала медсестра.Люда сняла свои трусики. Из одежды на ней оставались только тапочки.- Разувайся и становись раком на свою кровать!Люда разулась и стала раком на свою кровать. Подушки там не было, поэтому Люда прогнулась, выпятив свою попку назад. Лариса подошла к ней, взяла ее тапок и стала обхаживать им попку Люды.
Записки натуралистки