А вот и он, кого я так ждал и хотел видеть. Армянский юноша все же не вытерпел, чтобы не посетить соблазнительный туалет. Мне видно его, как на экране, с трепетом жду его дальнейших действий. И вот с мускулистых бедер его загорелых ног стянуты плавки ниже колен…Что и требовалось доказать, предо мной предстал его детородное сокровище: смуглый, в окружении черных зарослей пушистых барашковых кудряшек и крупной мошонкой, как две спаренные сливы. « Самец и только!», что я мог только думать и созерцать, … такого я его себе и представлял. Выложив на ладонь, опушенную шелковистым пушком мошну, как сокровище, стал перекатывать вспотевшие от жары яички, играя ими как бильярдными шарами, и любого привлекли бы своей юношеской красотой. По мне блуждали мурашки, мне так хотелось прокрасться к нему и застать его за моим любимым занятием. Я вынашивал свой план с таким условием, чтобы он не догадался о моем намерении. Дверь не запиралась, в этом не было необходимости, так как и так было видно приближающего к туалету человека. Меня останавливало только то, что мне не хотелось мешать ему в «игре». Красавец Вахтанг и здесь проявлял свои превосходные армянские качества, играя со своим дружком: он привел его быстро в боевое положение, и что я увидел, завело меня в такое состояние, что я, пожалуй, сам быстрее, чем он, оказался в предоргазменной ловушке. Он был красив не только телом, его природа одарила - прекрасным фаллосом, как он был обворожителен. В памяти снова всплывали мои детские восприятия о тех парнях - его соплеменников, которые трахались в пошивочном ателье, он всем своим видом и сексуальным азартом был похож на них. Они тогда уже раскрыли для меня однополый секс, а тогда это просто называлось педерастией (мужеложством). Эти молодые, стройные и азартные парни ебли друг друга в разных позах; стоя, раком, лежа в миссионерской позе, и моей теперь любимой позой - это лежа на спине с задранными ногами на партнерских плечах. Все это со временем у меня применялось, как удобная поза при ебле. Анекдоты про армян оправдывались своими реальными действиями. Происходящее на моих глазах было таким захватывающим, что я сразу возбуждался и доводил себя до гедонии (ощущение крайнего довольствия). Вот и теперь наблюдая за Вахтангом, я как бы был между прошлым и настоящим. Раз такой секс был под запретом, то он и стал самым загадочным, и тогда хотелось вкусить этот запретный плод. Заостренная залупа молодого армянского парня сновала в
Случай в машине