с тоской смотрел вдаль и повторял: никто меня не понимает… Я подсел и спросил: почему не понимают, может я пойму?! Мне было интересно, как он начнет – ласками или вдруг прикажет, завернув руку и по-хозяйски похлопав себя по ширинке. Рыжий приобнял меня и сказал: ты тоже – одинокая душа? Вдруг я почувствовал сильный удар и слетел со скамейке на дорожку, ободрав ноги о камни. Перед нами стояли два здоровых парня в зеленке и тельниках, на лицах у них были косынки, как у гангстеров в ковбойских фильмах: попались, педрилы, а ну – сосать! Меня швырнули на колени. Один из парней совсем загородив меня, расстегнул штаны, оттянул синие трусы и сунул мне под нос большой вонючий член. Я испугался, наклонился, поцеловал залупу и стал аккуратно сосать. Рядом раздались удары и плач: рыжий парень стоял рядом на коленях, в глазах у него были слезы, из носа текла кровь. Он старательно опускал и поднимал голову - сосал. Мой повелитель сжимал мои волосы: давай, давай, старайся! Мой кончил раньше. Я старательно всё проглотил и скосил глаза: рыжий парень облизывал член, заливающий его лицо малофьёй. Насильники отошли – а теперь, - мой пнул ногой парня – отсоси у малого! – Не надо, - взмолился я – лучше я у него! – Мне очень хотелось компенсировать ему переживания. Я подполз к рыжему на коленях, бережно расстегнул молнию, оттянул резинку бело-черных трусов, вынул вялый член и стал облизывать. – Повезло тебе, какую пидовку оторвал! – сказал второй и пнул ногой рыжего в зад. Но я старался лизать и член рыжего немного напрягся. – Давайте, пидорюги! – насильники скрылись в кустах, а полулежал перед парнем, который всхлипывал: милый, хороший, ну, что-ты, мы с тобой теперь будем дружить. Но вдруг в парке раздались громкие шаги и крики: лови пидарюг, дави пидарюг! Я вскочил и мы бросились в россыпную.
Горячее утро в отеле