Денис, звали Артёмом, но сержанта, под чьё начало попал Денис, могли звать как угодно, и потому не это было главным, а главным было то, что этот Артём - симпатичный и стройный, по-военному щеголеватый парень в ладно сидящей сержантской форме - был самым настоящим приверженцем однополой любви. Словосочетание, состоящее из последних трёх слов, звучит, может быть, несколько архаично, и тем не менее... тем не менее, на ниве однополых отношений двадцатилетний Артём был не из тех случайных попутчиков, кто практикует однополый секс исключительно по причине отсутствия женского пола и каких в армии, как во всяком другом замкнутом, состоящем из молодых парней сообществе, бывает немало, а был именно приверженцем - человеком, вполне осознавшим свои сексуальные и душевные предпочтения как единственно желаемые и по-настоящему значимые; очевидно, что при таком раскладе про Артёма с полным основанием можно было бы сказать, что он был геем, но Артём сам про себя так не думал, и вот почему: слово "гей", как казалось Артёму, подразумевает, во-первых, определённый стиль в повседневной жизни, обставленный если и не глобально, то какими-то несомненно значимыми кодами, штрихами-деталями, видимыми для посвященных, а во-вторых, слово "гей", как считал Артём, подразумевает осознанно выбранную либо вынужденную открытость, то есть вольную или невольную публичность на этот счёт, а Артём, наоборот, старательно "шифровался" и "косил под всех": про Артёма - точнее про то, что Артём без напряга кайфует в рот и в зад - узнал за всё время службы один-единственный человек... да и то - что он знал об Артёме по существу? Только то, что Артём кайфует, и - не более того, - сослуживец Игорь, который об этом знал, был сексуальным партнёром Артёма: они, Артём и Игорь, время от времени перепихивались в рот или в зад, и хотя Игорь кайфовал и наслаждался от однополого траха ничуть не меньше Артёма, он, тем не менее, был всего лишь попутчиком, свернувшим на время службы с пути своей магистральной гетеросексуальности, а потому точно так же, как про себя самого, Игорь думал-знал и про Артёма - Игорь считал-полагал, что Артём такой же точно попутчик, как и он сам, и Артём это заблуждение не развеивал... зачем? Кайф с Игорем, познавшим сладость однополого секса в армии, был у Артёма взаимным: Артём, наслаждаясь и кайфуя, натягивал в зад Игорька, а Игорь, в свою очередь, с не меньшим наслаждением точно так же натягивал в зад Артёма - они делали это почти год, и при этом никто ни о чём не догадывался, никто ничего подобного в родной роте даже не предполагал, - это был обычный - вполне типичный - армейский трах, о котором не пишут в газетах...И вдруг - этот парень, при виде которого у Артёма что-то тёплое шевельнулось в душе... Артём, в числе четырёх сержантов прикомандированный к роте молодого пополнения, чтобы вновь прибывших посвятить в азы воинской службы до принятия ими Присяги, обратил внимание на Дениса сразу же, едва молодое пополнение оказалось в казарме: заинтересованным взглядом пробежав по лицам стриженых пацанов, Артём непроизвольно задержал взгляд именно на Денисе, тут же мимоходом отметив про себя, что "мальчик очень даже ничего"; впрочем, это "очень даже ничего" никого и ни к чему ещё не обязывало и на тот момент ни для Дениса, впервые переступившего порог казармы, ни для самого Артёма, чья служба уже была на исходе, ровным счетом ничего конкретного не значило; среди вновь прибывших было еще несколько вполне симпатичных лиц, а пара лиц была даже смазливых, пацаняче-девчоночьих, глядя на которые Артём,
девственница