Присев возле мамы на корточки, Анюта, сложив тонкие девичьи руки у нее на коленях, окинула взором Анжелу, смирно стоящую пред ними со спущенными до колен джинсовыми шортами и темно-бардовыми ажурными трусиками, обнажив густо поросшие белесыми волосиками гениталии. При этом заметив на личике женщины, вокруг рта и на подбородке явные следы маминых выделений:
— Вижу, ты уже ее в ротик оприходовать успела! – Аня ущипнула маму за ножку на внутренней стороне бедра.
За что немедля тут же получила щелчок пальчиком по кончику вздернутого носика:
— Не останется! – Аня поцеловала то место куда ущипнула.
Вызвав этим у матери умилительную улыбку:
— И я тебя тоже люблю. – Марина обменялась с дочерью жарким полным любви и нежности, проникновенным поцелуем. – Но я позвала тебя не за этим.
— А для чего?
— Вот! – Вновь проведя между ног у смирно стоящей Анжелы, Марина предъявила дочке влажные от ее выделений пальчики, тут же предложив. – Может устроить ей случку с Ольгой?
Мамина идея показалась Анечке весьма прекрасной. Настолько что, не задумываясь, девушка кивнула:
— Сейчас ее приведу! – С этими словами она исчезла за тяжелой увесистой шторой примерочной, через минуту возвратившись, ведя за руку свою подопечную Ольгу.
Надо сказать, что Анна успела ее существенно преобразить. Превратив в юную худенькую привлекательную готессу. Всего то, переодев в идеально приталенное черное короткое кожаное платье на запах с длинным рукавом три четверти, чуть ниже локтя, и широким поясом туго затянутом массивной медной застежкой спереди.
— Ты преобразила ее монументально! – В изумлении уставившись на представшую им с Анжелой Олю, изрекла Марина. – Она как конфетка, в этом платье выглядит просто потрясающе. Будто оно скроено и пошито прямо по ней!
— Наверное, это потому что все именитые модельеры гомосексуалисты и шьют наряды исключительно для мальчиков. – Ввернула остроту Аня.
— Ну, Оленька у нас не мальчик, а почти полноценная девочка! – Улыбнулась Марина, тут же адресуясь с просьбой к маме девочки. – Анжел дай мне свои трусишки.
Как будто бы ожидая именно этого повеления, Анжела в мгновение ока окончательно освободилась от шортов и трусиков, протянув последние своей госпоже. Приняв их у нее, хозяйка слегка попробовала носиком пропитавший ажурную тонкую ткань аромат похотливого желания. И в принципе оставшись довольной благоуханием сучки, передала деталь туалета дочери. Та так же оценив запах Анжелы, поднесла ее трусики к личику Ольги:
— Как тебе запах твоей мамочки? – Тихо, еле слышно, проговорила полушепотом Анна Андреевна. – Тебе он нравится?
— Да! – Нервно сглотнув, столь же тихо вымолвила девочка, хмелея от исходящего от влажных трусиков резковато терпкого запаха маминой киски. Она не пробовала его раньше и теперь вдруг познав, вдыхала с алчным удовольствием, чувствуя, как сильно он ее возбуждает.
Глядя как Оля наслаждается ароматом маминых выделений, Анютка игриво сощурилась:
— Ты хотела бы поиметь эту сучку?
Оля робко кивнула.
— Дай взгляну на сколько сильно.... – С этими словами девушка, сдернув чуть, самую малость, приспустила на Оле колготки с трусиками. Открывая их с Мариной и Анжелой взорам на половину эрегированный, частично вздыбившийся член.
— Не столько впечатляюще, как хотелось бы. – Критически промолвила Марина. – Но все равно красиво и определенно есть потенциал!
— Я тоже так считаю! – Анюта взяла в левую ручку Олин пенис, нежно сдавив его ствол в ней.
Теплый, даже горячий, пульсирующий разгоняющим кровь током вен, он внемля бархату обнявшей его девичьей ладошки начал мгновенно неуклонно расти. Набираясь необходимой мощью и твердостью:
— Это оказывается так здорово, беря в руку слабый вялый
История первой любви