Тихий женский полустон с придыханием возбуждал до предела. Когда взгляд опускался вниз, то выхватывал в сумраке комнаты светлые ягодицы, белую ткань трусиков, сдвинутых вбок и резинки черных чулок. Внутри влагалища было мокро и тепло, почти горячо. Хотелось продлить эти ощущения до бесконечности.
– О-ох... М-м-м... – раздался новый всплеск стонов.
Я чуть ускорился. Женщина старалась всячески подавлять громкие звуки, рвущиеся из ее груди. Это было объяснимо. За стенкой в соседней комнате спал ее муж.
– Хочешь меня?! – хрипло прошептал я ей в ухо.
– Очень!.. М-м-м... – также хрипло выдохнула она.
Еще одно обстоятельство доводило возбуждение до безумия. Я сейчас трахал не очередную любовницу, не жену, а свою мать...
А все получилось достаточно неожиданно. Я приехал к родителям на семейное торжество. Посидели, выпили, пообщались. Вообще в этот раз алкоголя было более, чем обычно. Так-то родители – люди малопьющие, но сейчас словно отпустили себя. Не сказать, что все мы накушались в зюзю, но стали достаточно раскрепощенными.
Через какое-то время папу стало клонить ко сну, а маме наоборот захотелось танцев. Сначала она пританцовывала по дороге на кухню и обратно, потом потребовала полноценных танцев. Я кивнул ей на засыпающего отца, мол, он же не сможет танцевать с ней.
– Ай! – махнула она рукой. – Он вообще в последнее время стал какой-то слабый: выпьет рюмку и спать, придет с работы и спать. Ни поговорить, ни развлечься... Да и зачем нам он?! У меня здесь есть более активный кавалер!
При этом мамины глаза блеснули молодецким азартом. Надо сказать, что для своих сорока пяти она выглядела очень хорошо. А сегодня так вообще была красавицей не больше тридцати – тридцати пяти. Невысокого роста, стройная, в голубой блузке, под которой просматривалась белая ткань бюстгальтера, в очень недлинной юбке и черном нейлоне на ногах. Не девочка, а конфетка! Но мама!
– Давай-ка пойдем в другую комнату, – предложила она. – Пусть этот соня спит, а мы там и выпьем еще, и потанцуем.
Прихватив с собой едва начатую бутылку коньяка и стопки, мы переместились в соседнее помещение. Пока я разливал коньяк, мама наладила на музыкальном центре музыку. Потом мы немного выпили, и она потянула меня танцевать. Пару медленных танцев, пару быстрых, в промежутке еще несколько раз приложились к бутылке. Чудный вечер, никогда еще так не отдыхал со своими родителями.
Поймав очередную небыструю мелодию, мама снова настояла на танце. Сначала мы закружились, обнимая друг друга, потом она переворачивалась и продолжала танец, прижавшись ко мне спиной, слегка двигая тазом в такт музыки. Вдруг я с ужасом почувствовал, что внизу живота сладко заныло, и мой член начал оживать. О, черт! Это же моя мама! Почему меня возбуждает то, что возбуждать не должно?!
Спустя несколько мгновений я понял, что орган стал слишком велик и скрыть это навряд ли получится. В этот момент, в азарте танца, мама как раз завела руки за спину и сильно прижала меня к себе. Мы замерли. Я понял, что она почувствовала мое противоестественное состояние. Несколько секунд мы стояли, не шелохнувшись. А потом вдруг мама начала легкие движения попкой по моему паху, словно продолжая прерванный танец. Я сходил с ума от возбуждения и желания. Мне казалось, что еще немного и я взорвусь от напряжения. В этот момент музыка закончилась. Но мама словно не заметила этого и продолжала свои движения, делая их более активными.
Не понимая, что делаю, я положил свои ладони ей на талию и, слегка заведя вперед, повел их вверх, пока не накрыл ими грудь мамы. Через блузку и тонкий бюстгальтер пальцы
Урок послушания