В 1993-ем оду жена устроилась на работу в школу, и не просто школу, а специализированную гимназию. Я на тот момент оставался без работы, и ей удалось уговорить директрису взять и меня, в качестве инженера, что предполагало обслуживание радиоузла и кинобудки. Жизнь налаживалась.
Прошло два года. Гимназия окрепла, начала выигрывать в конкурсах, а учащиеся - занимать высокие места на олимпиадах. Это привело к тому, что чуть ли не ежемесячно управление образования нашего города начало привозить к нам своих гостей, чтобы похвастать, и даже иностранных специалистов в области среднего образования. Потребовался завуч по внешним связям гимназии. Супруга, отличавшаяся покладистым характером и организаторскими способностями, оказалась лучшей кандидатурой на получение дополнительной нагрузки и оплаты оной.
И, вот, весной, в конце мая, приехали к нам социологи, из-за бугра, чтобы оценить изменения в работе и социальных условиях жизни педагогов, а после сравнить полученные данные с измерениями, проведёнными ещё при советской власти. Их было трое – девушка, лет под сорок, и два паря, оба около тридцати. С тем чтобы взять одного из гостей к себе домой и показать условия прозябания, пардон, процветания, с двумя проблем не было, а вот третий - был негр. Здоровый детина, с меня ростом, но, какой-то широкий, что ли. Все, смущённо улыбаясь, отказывались, почему-то, и жене пришлось везти его к нам домой. Алекс оказался русскоговорящим – учился когда-то у нас, правда, в Москве, и хоть это облегчало положение. Странно слышать то, как негр свободно говорит на русском и лишь с сильным акцентом. Алекс, всё понимая, сразу успокоил нас тем, что больше пары часов у нас не отнимет: заполнит опросный лист и поедет в нашу областную гостиницу, пардон, Отель, в народе называемый клоповником.
Пока гость задавал вопросы и делал пометки в листе, Таня, как истинно русская женщина, хлопотала над приготовлением ужина. А я, грешным делом, разглядывал негра. Настоящего! Живого негра! И вдруг заметил то, как и он, время от времени, бросает взгляды на мою жену. Но это ладно, если бы при этом брючина парня не обрисовала рельеф того, что носит в штанах этот, прямо-таки, производитель. Сопоставив его длину и толщину со своим, невольно смутился от его явного преимущества по обоим параметрам, и сам начал поглядывать на стройную супругу тридцати пяти лет, желая понять, заметила ли она его эрекцию на неё. То, что она сексуально волнует гостя, было очевидным, но вскоре я понял, что и жена заметно взволнована. Женщины всегда тонко чувствуют, когда мужчины их хотят, почувствовала это и она. Даже слегка порозовела лицом, хоть и не девочка уже. И в голове у меня запульсировала мысль: неужели жену возбуждает мысль о негре! Нет, я понимал, конечно, что ничего такого она себе не позволит, но, чисто схоластически, сам факт того, что МОЮ жену возбуждает мысль о негре – выносила мысли с привычной орбиты. Сам взволновался, представив себе Танюшку лежащей под этим чуваком и с его колбасиной в ней!
Дальше был ужин. Чтобы снять волнение и отогнать дурные мысли, захотелось дерябнуть чего-нибудь покрепче. Естественно стал наливать и жене и гостю. Тот сперва отнекивался, но скоро сдался – за годы учёбы его, видимо, научили, что отказ от выпивки – занятие нудное, но, главное, совершенно бесполезное, и если русский мужик решил напоить гостя, он это обязательно реализует.
То ли от длительного отсутствия в нашей стране, и, как следствие, перерыва в регулярных тренировках, или по какой другой причине, но в матче по литрболу результат показал слабость зарубежного состава, парень довольно прилично закосел и опечалился. Оказалось,
Рассказы плохой девчонки. Рассказ N1. Воспитание строптивого