Жан ожидал Аленку сидя возле столика в кресле. Разлитое по бокалам вино играло в пламени свечей рубиновым светом.
— Прошу, мадмуазель. - Жан поднялся навстречу, подвигая Алене кресло. – Напитки и десерт ждут.
На спиртное Аленка покосилась с сомнением. Не пора ли ей уже на сок переходить? Для храбрости больше не нужно, а выпила она сегодня для себя уже достаточно.
— Ладно. – Мысленно махнула она рукой. – Еще пару глоточков можно. Уж больно вино вкусное.
— А ты что в душ не пойдешь? – Поинтересовалась она, видя, что мужчина вновь усаживается напротив нее.
— Честно сказать, я думаю, что моего конька можно и здесь искупать. – Лукаво глянул на нее Жан. – Твой наполненный вином ротик – лучший бассейн, который только можно представить.
— Желания у Жанчика, однако. – Мысленно фыркнула Аленка, а вслух поинтересовалась. – Это и есть тот десерт, о котором месье говорил?
— А чем он плох?
— Петух в вине? – Не удержавшись, прыснула со смеху Аленка. – Оригинальное блюдо месье предлагает.
— Нахальные нынче пошли невольницы. – Задумчиво констатировал Жан. – Может воспользоваться правом господина и наказать? Ошейник и плетка у меня найдутся.
— Но-но-но. На садо-мазо мы не договаривались. – Погрозила ему пальцем Аленка. – И вообще, к чему сразу строгости? Я же не отказываюсь попробовать.
Опустившись перед креслом Жана на колени, она обхватила ладонью отдыхающую мужскую игрушку и начала потихоньку ласкать ее, потом коснулась губами, подразнила языком. Загрустивший было боец начал в ее руках оживать и выпрямляться. Тогда Аленка, отсалютовав бокалом Жану, отхлебнула глоток вина и осторожно впустила гостя в рот.
Жан шумно втянул воздух, когда его пловец погрузился в эту необычную ванну, чуть прижал к себе девушку, словно прося подольше продолжить это волнующее чувствительную плоть головки купание, а затем, полузакрыв глаза, вытянулся в кресле, позволяя Аленке поступать с захваченным в плен бойцом, как заблагорассудится. Алена, выпустив вымытую игрушку, смакуя, проглотила вино и, отхлебнув новый глоток, вновь приправила его пикантным мужским вкусом. Так дегустировать напитки ей еще не доводилось. И Аленку все больше увлекала эта игра. Ей нравилось сосать твердый, чуть вздрагивающий во рту ствол, дразнить кончиком язычка блестящую головку, ласкать живой упругий росток в ладонях, водить им по своей обнаженной груди, чувствуя, как заостряются от возбуждения кончики сосков. Халатик мешал ей, она сбросила его, прижимаясь к раскинувшемуся в кресле мужчине обнаженным телом. Только не спеши, Жан. Не отнимай его у меня, дай мне вдоволь наиграться. Губы девушки торопливо касались тела мужчины, даря ему легкие почти невесомые поцелуи, тонкие пальчики то скользили вверх-вниз по глядящему в небо стволу, то, отпустив его, играли с яйцами. А потом наступала очередь нежного ротика Аленки, и девчонка сосала живую, вздрагивающую во рту игрушку, чуть отпускала ее, давая себе отдохнуть, и снова сосала, жадно обнимая губами, дразня языком.
Давно были забыты отставленные любовниками в сторону бокалы. Жажда иного удовольствия поглотила обоих, не оставив места для иных желаний. Аленку даже удивляла собственная увлеченность процессом. Казалось бы, с чего так заводиться от простой возни с мужским инструментом? Да и вообще все сегодняшние развлечения вызывают в ней гораздо больше энтузиазма, чем для такого случая полагалось бы. Волей-неволей приходилось признать, что в тихом омуте Аленкиных желаний водятся весьма неожиданные черти. Точнее ведьмочки. Любительницы сексуальных утех. Ну и пусть! В конце концов, я не набивалась на пересып с чужим мужиком. А если мне с ним понравилось, так я не виновата. Теперь буду забавляться, как хочу, пока не выйдет отведенное мне время. Вот только сейчас лучше
Интересная поездка (продолжение истории)