Среда снова была днем приема нового товара. Эмили ждала этого больше всего на свете, но этот день оказался самым лучшим. Вик пришел ко времени открытия. Эмили впустила его.
— Ты думала, я не узнаю? Почему ты мне не сказала? На его лице не было враждебности.
Эмили догадалась, что он узнал о ее новой карьере модели, но притворилась невинной.
— Что? - беззаботно спросила она.
Вик бросил журнал на прилавок. На обложке "Парк-Лейн" безошибочно угадывалось лицо Эмили, улыбающейся всему миру.
— О! - Эмили потеряла дар речи, но вовсе не от стыда или смущения. Ее колени почти подогнулись, и она совсем перестала дышать, сердце колотилось так, что казалось, будто грудь заметно дрожит.
— Я... - Она взяла себя в руки, ее дрожь возбуждения быстро переросла в сильную волну возбуждения. - Я не понимаю, почему я должна рассказывать тебе обо всем, что я делаю. -
Вик громко рассмеялся.
— Черт возьми, Эмили! Я бы никогда об этом не подумал. Вот ты продаешь все мои непристойные журналы, и в то же время ты еще и позируешь для них. Что за хрень! Как долго это продолжается?
— Какое-то время, - пожала плечами Эмили.
Она развернула журнал, чтобы рассмотреть его поближе. Снимок был сделан сверху, она была топлесс, и ее темно-зеленые глаза смотрели прямо в камеру. Ее соски были прикрыты только двумя пальцами каждой руки, которые также сжимали ее безупречную грудь и создавали ложбинку, которая так и требовала, чтобы ее оценили.
— Я предполагаю, что это не ты написала там цитату, - подсказал Вик, указывая на слова, размещенные под изображением:
— Стреляйте по ним! Девушка с обложки Эмили предлагает вам попрактиковаться в стрельбе по мишеням внутри!
Это вернуло ее на минуту в состояние, при котором она едва соображала, ее глаза непроизвольно закрылись, когда волна почти электрического вожделения прокатилась по ее позвоночнику к мозгу.
Алан предупредил, что ее фотографии будут сопровождаться аляповатыми цитатами и комментариями - из-за этого ей пришлось подписать отказ, позволяющий им размещать рядом с ее изображениями все, что они захотят. Но, если бы она могла выбирать, она бы сама придумала что-нибудь подобное.
— Нет, я такого не говорила, - согласилась она.
— И ты позволилп им использовать твое настоящее имя?!
— Конечно, почему бы и нет?
У нее действительно не было желания скрывать свою личность, и она с радостью сказала Алану, что у нее не будет проблем с тем, чтобы ее настоящее имя и город проживания сопровождали ее фотографии.
— Вик, я думаю, что это будет популярно - можно мне взять еще несколько экземпляров?
Вик с любопытством посмотрел на нее.
— Конечно, у меня в фургоне их около дюжины, я их принесу.
— Не мог бы ты заказать еще, пожалуйста? Я думаю, пятидесяти хватит, - улыбнулась Эмили.
Она знала, что это быстро исчезнет с прилавков, и ей не хотелось оказаться в ситуации, когда она не сможет удовлетворить спрос. Викешу нужно было сделать обход, но он оставил три стопки журналов для Эмили, в который раз удивляясь ее новому выбору профессии. Как только он вышел из магазина, Эмили уже плотно вставила в анальную пробку и надежно пристегнула бабочку. Убрав шум на два балла из семи возможных, она открыла "Парк-Лейн".
Она была не только девушкой с обложки, но и занимала центральный разворот. Эмили запомнила эту съемку - на ней было девственно-белое нижнее белье, и первый снимок был единственным, который хотя бы отдаленно можно было назвать "приличным". На втором кадре ее грудь была обнажена, а трусики спущены до колен. Она раздвинула ноги и мастурбировала перед камерой, просунув в себя два пальца
Белый свет его памяти