— Рассаживаемся, - общий гул был прерван звонким голосом Аллы Эдуардовны, и все тут же уселись на свои места, - в этом учебном году Минпросвет утвердил нам новый учебный курс под названием «Разговоры о влажном». Как вы думаете, о чём эта новая дисциплина? Какие будут догадки?
— Ну, типа, если в названии присутствует слово «разговоры», - прямо с места и не вставая начал Петя, - а мы ведь с вами знаем, что пиздеть – это не мешки ворочать...
— Очень правильная по содержанию мысль, Петя, - перебила его педагогиня, - жаль, что по форме она не совсем корректна. Потому что мы же с вами договорились, что в устных и письменных ответах мы не используем ненормативную лексику и уж мат тем более.
— Короче, это типа что, теория получается без намёка на практику? – возмутилась Леночка.
— Совершенно верно. Мы будем разговаривать о том самом влажном, что волнует в вашем возрасте каждого из вас.
— Это весьма печально, Алла Эдуардовна, - негодовал Артём, - мне мать с утра презервативов отсыпала и сказала, что все эти разговорчики о влажном – это конечно хорошо, но бабушкой она пока стать не готова.
— Так, ладно. Тема нашего сегодняшнего занятия «Стоит ли лизать на первом свидании?».
— О-о-о!!! А Костик на первом свидании мне прямо в подъезде пилотку шлифанул, когда домой провожал. Так что можем дать ему слово.
— Да. Я забыла вам сказать, что этот учебный курс построен не в форме «лекция – проверка знаний» а в форме «доклад – обсуждение». Докладчиками сегодня будут Снежана и Антон. Им была дана неделя на подготовку. Так что прошу к доске.
— О-о-о!!! Эта сладкая парочка сосётся всегда и везде, - начал одобряюще хлопать Олег, - так что пусть сразу к делу переходят, без нудной теории.
— Когда я согласилась пойти на свидание с Антоном в парк поесть мороженное, то сразу же сказала, что не буду сосать ему в кустах. Потому что я не такая. Мой уровень воспитания и высокие моральные убеждения не позволяют мне вот так присаживаться перед парнем, расстёгивать ему ширинку, открывать рот и сосать член. Одно дело, когда уже есть длительные отношения, и тогда уже можно рассматривать для себя приемлемость минета. Но когда отношения только начинаются, есть риск что мы расстанемся, а ротик у меня уже будет отвафленным.
— Спасибо, Снежана, - Антон, что на счёт тебя?
— Когда я купил себе и Снежане мороженное, то как-то так вышло, что я языком сделал большую яму в пломбире. Она получилась глубокая, сантиметров 7 – 8. Я показал её Снежане, и говорю ей, типа, смотри, как я умею мороженку кушать. Она заулыбалась и сама повела меня в густые кусты парка. Там нас никто не видел. Она тогда сказала, что мой язык должно быть замёрз, и что она готова согреть его. Она спустила трусики и приподняла юбочку, а после положила мне руку на макушку и слегка надавила рукой. Я подчинился и присел перед ней.
— Антон, видимо твой уровень сексуальной раскрепощённости достаточно высок.
— Да, я не гружусь на тему, будут ли меня считать пиздолизом, если я шлифану пилотку Снежане, а потом мы расстанемся, или же не будут. Ведь всем по большому счёту всё равно. Каждый занят своей личной жизнью, и окружающим просто некогда думать о том, кто кому отлизал, а кто отсосал. Если мне нравится Снежана, то я нырну к ней в пилотку и просто попробую на вкус её оргазм. А ещё особый кайф – это нащупать целку языком. Снежана
Десять писем. Часть I. Письмо четвертое