Хлоя Лабель была молода, стройна и красива. Ее темные волосы были как из рекламы шампуня, полные губы всегда казались надутыми, а большие темные глаза - заигрывающими. Я влюбилась в нее с первого раза, когда увидела ее в прошлом месяце на званом ужине у моих соседей.
Картеры были немного моложе меня, может быть, около тридцати, с новорожденным мальчиком и пятилетней девочкой. Синди была довольно хорошей подругой. Она могла быть хвастуньей, но мне нравились ее шутки, и она умела смешивать «Маргариту», как никто другой. Она была пухленькой, симпатичной, молодой профессионалкой, а ее муж, Том, - жеребцом с квадратной челюстью. Он служил в ВВС или ВМС, то есть в одной из двух частей, и летал на самолетах-заправщиках в Ираке. После окончания службы он стал адвокатом, как и половина жителей района. Если бы я все еще встречалась с мужчинами, он был бы тем парнем, на которого я бы пускала слюни.
Они собрались большой компанией на ужин, и я был в гостях у Синди, помогая ей готовить овощи для салата. Она спросила меня, слышала ли я недавний эпизод программы All Things Considered, а я как раз резала ножом морковь, когда в гостиной я увидела нечто такое, от чего чуть не лишилась пальца.
Это была великолепная молодая женщина с идеальной фарфоровой кожей и голубыми глазами. Она держала в руках бутылочку и кормила малыша Синди, Рэндалла. Ее шея была длинной, как у Хепберн, а летнее платье прилегало к телу с многообещающей легкостью спортивного автомобиля, затянутого покрывалом. Она подняла на меня глаза и улыбнулась всему дому.
Это было оно. Мое сердце забилось быстрее. Я улыбнулась в ответ. Она повернулась и ушла, неся малыша наверх. На секунду мне пришлось перевести дыхание, настолько я была очарована этой девушкой.
— У вас есть няня? спросила я Синди.
Она закатила глаза.
— Au Pair, - сказала она, а затем, с нахальным французским акцентом, добавила: - Хлоя Лабель. Она студентка по обмену в колледже.
— Она красивая, - сказала я, пытаясь скрыть свое вожделение при нарезке овощей.
— Даже слишком красивая. Когда вы записываетесь в программу обмена помощницами по хозяйству, там нет галочки: «Я хочу некрасивую». Я бы хотела, чтобы она нашла себе парня, пока я не застала ее сидящей на коленях у Тома.
В этом была какая-то история, но я не был достаточно близок с Синди, чтобы лезть на рожон.
— Может, ей не нужен парень, - сказала я.
— Лесбиянка? Разве она не слишком хороша для этого? Я поморщилась. Синди не знала, что я давно вышла из «их кружка», и после такого комментария было не время сообщать ей об этом. Она пожала плечами, мы доели салат и вынесли его на задний двор, где все наслаждались вечерней цитронеллой и холодными напитками.
Говорить о Хлое - значит опережать события. Можно подумать, что после всех этих дневниковых записей у меня это получается лучше, но я так волнуюсь, что меня заносит. Так что позвольте мне рассказать вам о себе.
Меня зовут Мэдисон Акрес, и, по словам моей дочери Кортни, я - MILF. Я натуральная блондинка ростом 180 см с телом, над которым я очень много работала, чтобы сохранить сексуальность. Мои члены все еще твердые, а задница, ну, ладно, может быть, не совсем твердая и немного большая, но я не боюсь выставлять напоказ то, что у меня есть. Недавно я развелась и последние несколько месяцев осознаю, как много я упустила, пытаясь заставить себя быть привлекательной для мужчин.
Я соскучилась по молодым женщинам. Кортни только что окончила школу и в конце этого
Запах лилии