Лена вынула руку уже до запястья, и я почувствовала, будто внутренние швы натягиваются, как струны. Мне показалось, что я даже слышу их высокое, жалобное звучание.
С любопытством и страхом я заглянула себе между ног, наблюдая странное рождение руки моей сестры из вагины. Вся покрытая слизью, светящейся теперь зловещим темно-янтарным светом, от плеча до кончика пальцев рука тянула за собой...
Я не сразу поверила своим глазам – Лена сжимала в своем кулачке кончик тонкой, золотой цепочки, которая тянулась вслед за рукой из моего влагалища. Из моего тела.
Где-то в глубине таза вспыхнула горячая волна.
Я не могла поверить, что слова моей сестренки про какую-то нить не были бредом – вот же она, эта золотая нить, у нее в руке!
Лена резко дернула за конец, и я закричала. В странном свете я увидела, как тонкий, длинный червячок действительно просвечивает под кожей на моем животе.
— Первый узелок, - Лена нажала пальцем чуть ниже моего пупка, и я действительно почувствовала какой-то комок в животе. Мой клитор сам собой стал вибрировать.
Резкий рывок – и нить выскользнула из влагалища на пару десятков сантиметров. Я кончила сквиртом, обдав сестренку мощной струей бесцветной жидкости. Та только засмеялась и вытерла лицо свободной ладонью.
— Второй узелок вот здесь, у матки, - ноготок Лены прочертил короткий путь по моей коже. – В самой колыбели греха.
Я слабо застонала, чувствуя, как внутри меня что-то шевелится. Будто эта золотая нить, закрепленная несколькими узелками к моему телу, была живой.
Новый рывок – новый оргазм.
Я уже не могла дышать – сил сделать простой вдох не было. Все, о чем я могла думать в тот момент – еще один такой узелок, и Лена убьет меня оргазмом. Я умру молодая и счастливая.
Но сестре на это, похоже, было плевать.
— А главный узел... - Лена внезапно со всей силы засадила два вытянутых пальцы в мой анус. Глубоко, очень глубоко. –. .. Вот здесь!
Боль пронзила мое безвольное, как у куклы, тело, словно молния, когда цепкие ноготки сестрички нашли то, что искали – твердый бугорок, спрятанный за шейкой матки.
— Мама пришила его к крестцу, - Лена повернула руку, и на моем животике внезапно засиял пробивающийся сквозь кожу странный узор.
— Лена, что это? - из последних сил спросила я.
— Это твоя дорога домой, дикарка, - ласково сказала сестра.
Ее пальцы покинули мой кишечник и устремились в ее собственное влагалище. Когда на ее животе сперва проступили смутные очертания причудливых бугорков, а потом стало просвечивать приглушенное сияние, я догадалась, что Лена достанет из себя до того, как ее ладонь покинула мокрое влагалище.
Сестра, медленно вынула собственную золотую нить, и я завороженно смотрела, как стала связывать концы обоих цепочек – своей и моей – в единую цепь.
Мне показалось, или завязанный узелок растворился, оставив на своем месте обычное звено цепочки, такое же, как и остальные?
— Ну, что, сестренка, готова вернуться домой? – Лена хитро вскинула бровь.
— Я не пони...
И тут золотая нить сама собой натянулась, будто спрятанные в наших телах неведомые лебедки запустили барабан.
Лена победно захохотала, а закричала от ужаса, когда неведомая сила потащила наши тела навстречу друг к другу. Наши половые губы сначала сомкнулись в поцелуе, а потом мои ноги вывернуло в бедренных суставах.
Я понимала, что это должно быть чертовски больно, но боли не было. Я кричала, как резанная, но от всепоглощающего ужаса, а не от телесных страданий. Наоборот, когда пизда Лены раззявила свой зев, словно готовый к трапезе питон, и стала медленно поглощать мое сломанное тело, я почувствовала приятное тепло.
Школа послушания. Часть первая