Со стороны вместе они смотрелись забавно. Нестор- двадцатитрёхлетний девственник - сын, худой и долговязый, в очках с роговой оправой, и Аглая, его невысокая и полноватая мама - женщина лет сорока пяти. При всей своей внешней привлекательности, одинокая и замкнутая. Мать и сын жили уединённо, друзей не имели, общения с соседями избегали. Окружающие подозревали мать и сына в ненормальности ( одни имена чего стоят). Около двадцати лет назад умер муж Аглаи, отец Нестора, и мать решила посвятить весь остаток своей жизни памяти мужа, прекрасного человека, и сыну, так на него похожему. Она избегала встреч с мужчинами, панически опасаясь даже лёгкого намёка на флирт, своим примером показывая сыну, какой должна быть порядочная женщина.
Ни одна девочка, встреченная матерью в школе, где учился сын, или просто во дворе, по мнению Аглаи, не была его достойна. Сын же, росший послушным мальчиком, никогда бы не осмелился общаться с девочкой не одобренной мамочкой. Неизвестно, сколько бы всё так и продолжалось, если бы в один из дней маму не пригласил к себе для серьёзной беседы школьный психолог. Он сообщил матери о своих опасениях в отношении Нестора. Парень явно не в себе и нуждается в наблюдении у хорошего специалиста. Пока ещё не психиатра, но если пустить дело на самотёк, то может дойти и до этого. Нестор в выпускном классе. Школьный психолог, наблюдавший за парнем в течении двух последних лет, больше не будет с ним видеться. Он дал Аглае телефон знакомого психотерапевта, специалиста с хорошими рекомендациями, и посоветовал не затягивать с визитом к нему.
Аглая была напугана. Не теряя времени она позвонила по данному ей номеру. Психотерапевт, Евгений Евгеньевич, оказался солидным мужчиной средних лет. Он заинтересовался случаем Нестора и согласился провести с ним несколько сеансов. Правда, он сходу заявил, что присутствие матери на сеансах исключено. Он будет работать с парнем один на один. Такова обычная практика психотерапевтов. Аглае пришлось с этим смириться. Тем не менее, она лично приводила сына на каждый сеанс и терпеливо дожидалась его под дверью. Нестор оказался крепким орешком. Нелюдимый и скрытный. Тем не менее Евгений Евгеньевич нашёл подход к парню. После третьего или четвёртого посещения, психотерапевт пригласил Аглаю для личной беседы.
— Послушайте, - сказал он - У вашего сына огромный клубок страхов и комплексов. Над ними нужно работать. Главное же, что его тревожит, это - неразделённая любовь к девушке по имени Блонди. Может оказаться, что это - выдуманный им персонаж. Некий идеал женской красоты. Поймите, Нестор- взрослый, половозрелый парень. Вашему сыну необходимо общение с противоположным полом. Он должен встречаться с девушками, заниматься с ними сексом. Тогда пропадут все нездоровые фантазии...
На этом разговор закончился. Аглая вскочила, роняя стул, и, не прощаясь, выскочила из кабинета. Гадость какая! Специалист называется! Она представляет, каким гнусностям учил её мальчика за закрытыми дверьми этот извращенец. Ноги ни её сына, ни её самой здесь больше не будет.
Действительно, в кабинете Евгения Евгеньевича Нестор больше не бывал. Разумеется, это не пошло парню на пользу. Он окончательно замкнулся в себе, целыми днями сидел, запершись в своей комнате. Окончив школу, поступил в университет. Друзей не искал, с девушками не общался. Аглая всё чаще замечала, что парень, закрывшись в комнате, беседует сам с собой. Может быть у парня и правда проблемы с головой?
Не понимая, как ей себя вести, мать, в отсутствии сына, сделала тщательный обыск в его комнате. К своему ужасу нашла, спрятанные среди белья в шкафу, силиконовую вагину и тюбик интимной смазки. Её сын занимался онанизмом. Мерзость! Как
Под гипнозом по-русски