Мы собрались у нас в квартире на покер — восьмеро друзей, все свои, без лишних церемоний. Я разложил карты на большом столе в гостиной, фишки стопками, бутылки пива и виски расставлены по кругу, как патроны в обойме. Маша, моя девушка уже два года, хлопотала на кухне, подносила закуски — чипсы, орешки, бутерброды с колбасой, — и ее блондинистые волосы то и дело мелькали в проеме двери, а упругая грудь под тонкой футболкой приковывала взгляды, хоть никто и не подавал виду. Мы с ней совпадали идеально: оба любили секс страстный, частый, без тормозов. Обсуждали чужую красоту открыто, фантазировали о разных сценариях, пробовали в общественных местах — в парке под деревом, в примерочной магазина, где риск быть застуканными добавлял адреналина, делал все острее. Маша не из робких, ее глаза загорались при таких идеях.
Гости расселись: пара парней из универа, девчонки из нашей тусовки — все непримечательные, обычные лица, с которыми мы пили пиво по выходным. Кроме одной — Кристины. Она села напротив меня, в облегающем топе на тонких бретельках, который подчеркивал ее большие сиськи третьего размера, и коротких шортах, обрисовывающих округлую, аппетитную попку. Невысокая, с худой талией — восемь лет балета не прошли даром, ее тело было как скульптура: гибкое, упругое, с грациозными движениями, когда она тянулась за фишками или смеялась, запрокидывая голову. У нее сегодня была необычная прическа — короткое каре, черные волосы обрамляли лицо, делая шею еще более уязвимой, манящей. Мы с ней знакомы давно, но не близко: на паре студенческих вписок целовались взасос, обнимались крепко, мои руки скользили по ее телу — мял грудь, гладил задницу, чувствовал, как она теплеет под пальцами, но до секса не дошло. Она всегда смотрела с той искрой, обещающей больше, и сегодня, под хмельком, я ловил ее взгляды через стол, чувствуя, как в штанах шевелится.
Игра стартовала серьезно — на деньги, закуп - пять тысяч. Первый час прошел в напряжении: карты летали, блеф, фолды, кто-то выигрывал банк, кто-то матерился тихо. Пиво лилось рекой, виски добавляли перчинки — лица раскраснелись, разговоры стали громче, с подколками. "Эй, Слав, не жульничай, твоя Маша отвлекает своими... глазами, " — пошутил один из парней, и все заржали, а Маша, проходя мимо, шлепнула его по плечу. Кристина играла хитро: сбрасывала вовремя, иногда рисковала, ее пальцы с длинными ногтями постукивали по столу, а когда она выигрывала, всегда поднимала вверх бокал с вином - тост без слов - и осушала его.
К третьему часу все хмелели крепче — бутылки пустели, фишки перекочевывали стопками. Маша села рядом со мной, ее бедро прижалось к моему, рука скользнула под столом по колену, цепляя ногтями — знакомый жест, от которого я всегда заводился. "Как дела, милый? — шепнула она, наклоняясь ближе, ее дыхание пахло вином. — Не проиграй нашу квартиру". Я усмехнулся: "Не боись, сегодня удача на нашей стороне".
Четвертый час — уже за полночь, ближе к двум. Интенсивность упала: народ зевал, думал о такси, сберегал остатки фишек. "Ладно, ребята, пора закругляться, " — сказал один, собирая выигрыш. Я встал, потянулся — тело гудело от сидения, — и пошел в туалет. В коридоре, узком, освещенном лампой от кухни, столкнулся с Кристиной. Она выходила из ванной, глаза слегка затуманены, губы блестели от помады, которую она, видимо, подновила. Наши взгляды встретились — ее глаза пьяные, но с той самой искрой желания, которую я помнил. Воздух между нами сгустился, как перед грозой. Машинально, не думая, я взял ее за шею — пальцы обхватили
Один разочек с братом...